– «Семейка Адамс» – «Дочурке Мэри». Обед приготовили. Как насчет гостей? Прием.
– Здесь «Дочурка Мэри». Рада за вас. Гостей нет. Жду. Прием.
– Выходим… – Мы осторожно вышли из дома и за стенами домиков двинулись к забору. У меня вдруг мелькнула мысль. – Стоим. Прикройте меня, я проверю машину. – Осторожно приоткрыл пассажирскую дверь «Тойоты». Пахнуло дорогим приторным парфюмом и качественной кожей. На сиденье лежал маленький металлический кейс. Я осторожно сдвинул его стволом. Вроде не тяжелый – значит, берем с собой. Бардачок… всякий хлам, перчатки… еще один ствол, маленький никелированный «Вальтер ППК». Тоже с собой – просто везет на такие пистолетики.
– Готово. Уходим.
Почти дошли к воротам, как в наушниках раздался голос Мари:
– Внимание. На дороге справа от вас появились машины. Три единицы, расстояние пятьсот метров. Успеваете проскочить? Как принимаешь? Прием.
– Принял… бегом. – Мы проскользнули в приоткрытые ворота, быстро перебежали дорогу и нырнули в канаву.
Вдруг дрогнула земля, и сзади нас прогремел глухой сдвоенный взрыв, а через долю секунды еще один – гораздо мощнее. Что за черт? Я повернулся и увидел, как большой дом весь окутался пылью и дымом.
– Мины сработали. Может, крысы? – шепнула Герда.
– Какие крысы? Лазеры на полметра над полом ставили. С-суки, точно там кто-то живой оставался. Или… или опять ожили. Да и хрен с ними! Бегом!
– Машины ускорились, но вас они пока не видят, – сообщил наушник голосом Мари.
– Принял…
Показались развалины фермы. Со стены соскользнула француженка и, махнув нам рукой, углубилась в заросли. Мы, выстроившись в цепочку, побежали за ней. Сердце бешено колотилось, не давал покоя взрыв – как там могли остаться живые? Мы же все тщательно проверили, только трупы – да и те как из мясорубки. Бред какой-то…
Добежали до машины и стали быстро переодеваться. Я скинул шлем, разгрузку и прямо на комбез накинул капитульскую куртку. Девочки тоже поступили так же. Теперь в машину.
– «Большому Папочке» – «Дочурка Мэри», я пописала, пусти домой, как принимаешь? Прием.
– Здесь «Большой Папочка», умница, дочка, приходи, как договорились. Постучись сначала. Как принимаешь? Прием.
– Приняла. Сначала постучусь, – ответила в рацию Мари и посмотрела на часы. – Сейчас 02:00, в 03:00 мы вливаемся в колонну. Отсюда до места тридцать минут ходу. Сидим здесь двадцать минут, потом начинаем движение. Здесь нас никто не заметит. Макс, ты не хочешь объяснить мне, откуда взрывы?
– Все зачистили успешно и тщательно. На записи потом увидишь. Установили мины в главном зале, отошли. Почему взорвались – не знаю, могу только предполагать, – доложил я, стараясь говорить спокойно. – Возможно, самопроизвольное срабатывание, или с потолка упал пласт штукатурки на лазерный луч. Или… или встали мертвые. В это я теперь тоже верю…
– Как?!. – У Мари, видимо, глаза полезли на лоб. – Люди, я серьезно спрашиваю.
– Просто не хотели умирать… уроды. Два магазина в упор, а они живые. Такого не может быть… – немного подрагивающим голосом сообщила Герда.
– Они… зомби… – Инга начала срываться. – Все зомби…
Я дал эстонке фляжку и показал на Ингу. Герда прижала ее к себе и что-то зашептала на ухо. На всякий случай забрал у девушки автомат и ответил Мари:
– Не знаю. Возможно, обкололись какой-то гадостью или в трансе были. Но чтобы труп с наглухо раздолбанной головой вскакивал и бросался? Нет, я такого раньше не видел. Действительно в зомби поверишь. В любом случае после взрывов там ничего живого остаться не могло, одни куски. К минам мы дополнительные заряды пластита добавляли. Как умер Путе и его зам, я зафиксировал. Без голов даже киношные зомби не живут.
– Понятно. В спокойной обстановке посмотрим запись и проанализируем. По дороге ехал патруль. Чей – непонятно, может, правительственные гвардейцы. Переговоров по рации сканер не фиксировал. Мы уходим в другую сторону, так что все нормально. Коньяк есть?
– У меня всегда есть. Герда, стоп. Ей уже хватит, – я забрал флягу у девочек. Они уже успели хорошо приложиться и немного успокоились. Герда и была спокойна, только голос подрагивал, а Инга хоть и не истерила, но ее трясло крупной дрожью. Немудрено. Я мужик и все равно еле себя сдерживаю.
Хлебнули коньяка, Мари сверилась с часами и тронула машину с места. В назначенное время «Хамви» уже стоял в кустах возле дороги. Показались фары конвоя, Мари опозналась по рации с «Большим Папочкой», машины чуть притормозили, и «Хамви» ловко юркнул в походный ордер. Если, конечно, можно применить термины «юркнул» и «ловко» к трехтонному джипу.