Коляска остановилась передоврагом, по дну которого тёк ручей. Все принялись вылезать. Подъехала и Даяна, спрыгнула аидэна. Переехать, в теории, коляска тут может, но лучше помочь…
… — И как ты видишь применение дерра? — спросила Юлиса, когда они снова расселись.
— Дерра — это, фактически, живые механизмы, — ответил Аринэль. — Но в отличие от антов, у них нет управляющих модулей. Поэтому их можно производить. И я ещё не уверен, что их можно задействовать.
— Проблема свой-чужой? — уточнила принцесса.
— Насколько я понял объяснения Оотаёль, — ответил Тайфол. — Дерра можно направить, но не в точку, а в направлении. Можно сказать им быть агрессивными или пассивными. И у меня сложилось впечатление, что дерра — это… м-м… вынужденная мера. Применение или точнее приспособление возможностей в ответ. Сейчас Единение сделает партию дерра и мы их нормально изучим. Их же никто, на самом деле, не изучал. Возможно, это делали древние, но данных не сохранилось. Я же подумал… предположил, что фермы — это не место производства боевых юнитов. А место воспроизводства вполне обычных животных.
— А это зачем? — недоумённо спросила Талия.
— Ну, в основе опять же догадка, — ответил Ари. — Что Эриминум был планетой, не приспособленной для жизни. А древние стали её колонизировать. Отсюда и поведение матки. Вот они, матки, должны были привести Эриминум к требуемому виду, высадить растения. А западные мэллорны — это комплексы по производству животных. А всё вместе — это создание и поддержание экосистемы. Возможно подобия той, которая существовала на Дэйфосе.
Саманта это слушала, смотря в пол и кивая.
— А с чего могла начаться война? — спросила Юлиса. — Если древние были такие… умные?
— Приведу в пример Империю, — ответил Ари. — Вот, стало относительно спокойно. Стены держаться, появилась роскошь.
— И тут же некоторые начали этим злоупотреблять? — с интересом спросила Талия.
— Нет так прямолинейно, — мотнул головой Аринэль. — Пока выживали — другие идеи воспринимались, как вред. А тут появилась возможность сделать что-то ещё.
— Сплавать на Этарию? — предположила Юлиса.
Аринэль кивнул.
— И это же, на самом деле, вполне здравая мысль, — продолжил он. — Есть же ресурсы, почему бы этого не сделать? Но. Если бы у Сейрусов хватало своих ресурсов, стали бы они пытаться захватить власть? Я имею в виду изначальный посыл, что Сейрусы настойчиво желали сбегать до Этарии. А дальше уже и вкус к власти появился. Вот так, я думаю, было и у древних. Возникло несколько идей, каждая из которых требовала большинство ресурсов. Эти самые ресурсы начали делить. И вот, уже нет ресурсов, ни у Кантоса, ни у Империи. И что дальше?
— Падают Стены, — хмуро произнесла Юлиса.
— Да, а потом начинают делить остатки, — произнёс Аринэль. — Но уже нет Дайтар-ара. Нет Единения. Ни промышленности, ни еды, то есть. Эшмаэн сминает очередная Волна. В Кантосе хозяйничают Тайдерис. На побережье оболваненные поклонники Отца Морского.
— И все вымирают, — добавила Юлиса.
— А одичавшие потомки находят древние города, крепости, заводы, — подхватил Ари. — И удивляются могуществу предков, которые сумели всё это построить. Некоторые находят железное оружие, самострелы. При помощи этого становятся сильными, подчиняют соседей. Ну, и всё по новой. Пока уже они не доберутся до своего Предела. Замечу, что мы настолько не одичали. Мы хотя бы помним, что были древние.
Показался элоринский посёлок слева по ходу движения.
— Иногда мне… — заговорила тут Цеси. — Ну, вы там такое. А я…
— Та-ак! — среагировал Аринэль.
— Нет-нет, я не… Просто очень… — девушка подняла глаза. — Как смотришь в небо. Иногда мне кажется, Ари, что ты… Только не смейся.
— Не буду, — заверил парень.
— Что ты оттуда, из древних, — продолжила Цеси.
На это хмыкнула Юлиса. А вот Саманта смотрела пристально.
— И ты почти угадала, Цес, — заметил на это Тайфол.
— В каком это смысле? — удивилась Юлиса.
— Магия нами, на самом деле, изучена… с краешку, — ответил Аринэль. — Я вот работаю с мэллорнами, а такое иногда возникает ощущение, что не изучаю, а вспоминаю. Или вот механизмы. Думаешь, думаешь. И приходит… смутный образ. И что это? Мозг соединяет ранее виденное в новые формы или я цепляю те… эманации, остаточные образы, которые остались после цивилизации древних? Ти. Вот ты, после того, что видела. Сейчас ты узреешь, как с неба опускается… я не знаю, здоровый шар. Что ты подумаешь?