— Признаться, — заговорил снова магистр. — Я никак не ожидал попасть на… диспут по теории энергоплана. Прошу простить, но ваш возраст на это никак не настраивает.
— А Саманта? — усмехнулся Аринэль. — Разве её пример вам ни о чём не говорит?
— Стереотипы, — вздохнул Терье. — Мне почти две сотни лет, Аринэль. Поверьте, понимать, слышать, что разумный столь юного возраста погружён так глубоко… Невольно возникает желание его, простите за столь грубое слово, заткнуть.
— Не желаете немного прогуляться? — предложил Тайфол. — По пути я вам покажу, насколько бывают сильны стереотипы.
— О, после излечения, Аринэль, — усмехнулся мужчина. — Прогулки стали моей страстью.
— Даяна, — Тайфол кивнул девушке. — Прошу вас, магистр.
Рослая девушка-рыцарь шла впереди. При этом, они зашли в места не слишком оживлённые, если не сказать больше.
— Признаться, Аринэль, — заговорил Терье. — Мне иной раз не хватает трости. Я так с ней сжился, что рука рефлекторно ищет рукоять. То же самое можно сказать и об остальном. То, что делаете вы… Я имею в виду не персонально вас. Это, иной раз, вызывает не просто удивление. А стойкое отторжение.
— И это совершенно логично, — заметил Тайфол. — Сущность разумного всячески поощряет лень. Это правильное и желаемое состояние, с точки зрения организма. Тратить как можно меньше энергии. А на любое действие, тем более, мысленное усилие, требуется немалое количество этой самой энергии. Но, полагаю, вы знаете рецепт, как преодолеть порог лени.
— Жажда знать, — откликнулся Терье. — Абсолютно алогичное, не характерное для живого организма свойство. Это если не касаться, конечно, вопроса выживания.
— Желание выжить — это вполне характерное свойство живого существа, — произнёс Тайфол. — Но руководствуясь только им, мы неизбежно придём к Сейрусам. Их идея — это квинтэссенция желания выжить. Ещё выпуклее — это Серые.
— Серые?
— Они же Тайдерис, — пояснил Тайфол. — Развитие, если так можно сказать об их сути, того, что предлагали Сейрусы. Выживание любой ценой. Личное, эгоистичное выживание. Пусть другие умрут сегодня, но я завтра. Конечно, это облекается в более красивую обёртку, но суть именно такова.
— Но почему вы применили термин «Серые»? — с интересом уточнил Терье.
— Так их называют люди, — ответил Аринэль. — Подчеркну, именно люди, Дэйфоса. Вы с этим ознакомлены?
— Да, я знаю про ту девушку с Дэйфоса, — кивнул магистр. — Значит, там Тайдерис называют Серыми?
— Примечательное именование, — Аринэль сощурился. — Серые. А синонимы — безликие, никакие. Название не возникает просто так. Даже если это лишь прозвище. Название — это, по сути, этакая тень в энергоплане. И знаю ещё один эффект, который тоже имеет при воплощении энерготень. Это формулы магов.
— Интересная теория, Аринэль,- произнёс Терье. — Любопытно, в связи с чем вы над этим размышляете?
— О, у меня очень практичные резоны, — ответил Тайфол. — Есть энергоконтур Империи. Есть энергоконтур Серых. Чтобы выжили мы, должны умереть они. И наоборот. И это не вопрос наличия легионов. Легионы — это следствие.
— А вы сразу встали на позицию «или-или»? — спокойно спросил Терье.
— К счастью, сейчас я беседую с разумным, — произнёс Аринэль. — С которым можно сразу перейти на уровень выше…
— Аринэль, если позволите, — попросил мужчина. — Начнём с уровней ниже. Мне любопытен сам ход размышлений.
— Понимаю, — улыбнулся Аринэль. — Что же. На первом уровне — это работа Тайдерис в Кантосе. Они сразу начали активное противодействие. Без попыток договориться. То есть, они точно знают, что договора не будет. Причина такого их поведения в таком случае не важна. На этом уровне.
— А на следующем? — с любопытством спросил Терье.
— На следующем, это можно назвать военно-стратегическим, — ответил Тайфол. — Они рассматривают нас, как ресурс. С точки зрения стратега — это исчерпывающий резон. Если они видят нас, лишь как неосвоенный ресурс, то первое, мы, разумные Империи, для них лишь помеха, которую нужно убрать. Вы же не будете договариваться с кустами, которые мешают пройти? И тут действия Тайдерис прекрасно иллюстрируют такой подход. Второе, они внешняя угроза социуму. Своего рода стихия. Результат — обе стороны не видят друг в друге разумных. За Тайдерис я не беспокоюсь, а вот за нас волнуюсь. Это крайне пагубное допущение.
— Любопытно, — заметил Терье. — С учётом ранее тобой сказанного.
— Это удобный, а, значит, абсолютно неправильный подход, — пояснил Аринэль. — Против нас не стихия. А разумные. Зачем мы сами себе внушаем стереотипы? Кстати, про это.