А дышать уже тяжеловато. Аринэль в темпе приблизился. Пятна света выхватили кое-что интересное…
… Едва выйдя, Аринэль откинул забрало шлема. И вдохнул полной грудью.
— Дая, — произнёс Тайфол. — Ну, ты смелая. Повезло мне с рыцарем.
Даяна скромно улыбнулась.
— Ну, что, Фаэни? — Ари развернулся к дэкадору. — У меня к тебе есть одно дельце.
— Ага, — усмехнулась Талия.
— Иррин?
Тайфол повернулся к озерцу.
— Нужно вычерпать это озеро, — произнёс Аринэль.
— Простите, иррин? — изумилась Наррен.
— Именно так, Фаэни, — кивнул Тайфол. — А потом будут нужны дварфы. Чтобы открыть дверь.
— Дверь?
— Большую дверь, — ответил Аринэль. — Неудивительно, что вы не поняли, что это. Скорее всего, это герметичная дверь. Кстати, очень может быть, что озеро — это такая маскировка.
— Вот и дело, — улыбнулась Талия. — А вы, Фаэни, переживали.
Глава 8
67 день осени 418 гнд. Утро
Восточный Эло.
Зона ответственности юнита 314−16 «Наэхаёль»
Аринэль открыл… нет, не глаза. Дверь. Дверь гостевого домика, куда их определили на ночёвку. И вышел на небольшую веранду вдоль домика.
Невдалеке, на поляне, окружённый рощицей белоснежных стволов юнчиваров, стоял двухэтажный деревянный дом. Совершенно обычный, бревенчатый дом барина, словно Ари не в Лесу элоринов, а в Российской Империи века девятнадцатого. Дом достаточно большой, комнат на десять. И да, брёвна, из которых он сложен, относительно небольшие. На строительство элорины пускают деревья, которые не считают «живыми». Живые, это мелвары. Или виэнь пачала, что-то типа яблонь, те же юнчивары. Конкретно этот дом, скорее всего, сложен из стволов стойра. Это дерево растёт везде по Эриминуму и считается «людским».
Шаги прозвучали в утренней тишине громко, словно топот копыт. Стараясь ступать потише, Аринэль сошёл с крыльца на траву. И повернув голову, смотрел, как лучи поднимающегося светила пробиваются сквозь кроны.
— Чёрт меня возьми.
Аж сердце замирает от этой воистину прекрасной картины. Вот так, наверное, и представляли земные писатели эльфийский лес. Мощные стволы мелваров, могучие кроны в ореоле света, изумрудная трава, словно на газоне, тропинка вьётся в чащу меж исполинских светло-коричнево-зеленоватых стволов.
И почему-то в этот момент Ари остро захотелось, чтобы рядом стояли все. Буквально вся семья. Захотелось увидеть, как на это смотрит Юлиса. Она бы, скорее всего, была суровой. Так Юля реагирует на действительно впечатляющие вещи. На губах Цеси была бы лёгкая улыбка, она не особо любит показывать чувства. Восхищённо бы распахнула глаза Каминан. Она, наверняка, после всё это попыталась бы зарисовать. Фигурка Саманты… Простите, девчонки. Но всё же… Анти не бьёт в сердце. Она в нём.
— Оу.
У сурового магистра, кавалера знака Героя, комок к горлу подступил. Волшебная красота… И здесь приходит желание, требование, императив всё это защитить.
Аринэль вытянул руку. Странное желание, «погрузить» пальцы в это утро. И Ари покосился влево. Это он заметил мелькнувшего за деревьями аидена. Взрослого. Точнее, взрослую. Аиденов элорины, разумеется, вообще никак не ограничивают. Ощущений коснулось чувство присутствия разума. И вскоре аиден подошла. Бесшумно, точно хищник.
— Доброе утро, — тихо произнёс Ари.
Аиден фыркнула. Тоже негромко. И, подойдя, ткнулась головой в плечо. И в этот момент вспомнилась Харлей. Она ушла утром, с первыми лучами светила, не сводя взора с того, кого сама выбрала хозяином. Другом. И ради кого сражалась с антами насмерть.
Аиден ткнулась ещё раз и пошла. Аринэль вздохнул. А магия утра никуда не делась. Стала даже острее после этих воспоминаний.
«Да, Хог. Это место достойно того, чтобы его защищать. Даже… Надо самому быть достойным, что иметь право защищать».
— Не поняла, — донеслось из домика.
Вскоре на веранду вышла Талия. С недовольным лицом. Увидев Аринэля, она нахмурилась.
— Эй, Тайфол, — произнесла девушка. — Ты чего?
— Ловлю мгновение, — ответил парень.
— Что?
— Говорю, вы прекрасны, девушка, — улыбнулся Ари. — В это восхитительное утро мне желается видеть только красоту.
По лицу Талии промелькнуло недоумение. Она сошла с крыльца, подошла к Ари. И смерила его подозрительным взглядом. На что Аринэль наклонился и запечатлел лёгкий поцелуй на алых лепестках губ.
— Хм, — Талия улыбнулась. — Так бы и сказал, что нежность проснулась.
— А что, обычно я матом утром встречаю? — иронично спросил Тайфол.