– Да ты что?! Как интересно! Что значит владелец угнал сам у себя?! – снова повысив голос, подчёркнуто пафосно проговорил Толик.
– Я должен всё проверить – еле слышно ответил полковник.
– Так проверяй Антон Романович, машина тоже в твоём полном распоряжении. А вот мы с пассажиром уйдём. Хочешь ты этого или нет.
– Не смею вас задерживать – явно нехотя ответил полковник, и на автомате приподнял руку, едва не отдав честь
– Ну вот и хорошо. Петрович ко мне – скомандовал Толик. Северский тут же зажёг фары, и тронул с места грузовичок.
Уже через несколько секунд он остановился возле припорошенных снегом машин. В зеркале Северский увидел, как Толик провёл пальцем по сенсору на ручке дверцы лимузина, и та мгновенно распахнулась. Затем он достал пошатывающегося Глебова, и два выскочивших из фургона спеца, помогли доставить шефа внутрь.
Тяжёлая дверца фургона захлопнулась, и только после этого Толик опустил телефон. Пройдя вдоль борта, он остановился перед мордой грузовичка, и посмотрел на замершего полковника ГИБДД.
– Молись Олег Романович, чтобы ни у кого из моих людей волоса с головы не упало, в противном случае ты полковник закончишь очень плохо. Это я тебе лично обещаю.
Посулив нехорошее ледяным голосом, он запрыгнул на пассажирское сидение, и приказав Северскому трогаться, выхватил из стойки автомат «ВАЛ».
2021 год. «Северский».
– Парни, похоже нас обложили, так что будем пробиваться. Передайте компьютерному гению, чтобы устроил полный блэкаут всем камерам наблюдения, по всему сектору, вплоть до резиденции шефа, и врубайте глушилку – отдав распоряжения, Толик открыл бардачок, и начал быстро переключать тумблеры.
В это время Северский смотрел в зеркало заднего вида, на быстро удаляющуюся группу машин, и полковника ГИБДД, замершего посреди засыпаемой снегом дороги, с телефоном в руке.
Как только любые следы присутствия машин исчезли из виду, фары грузовичка вырубилось, а на боковые окна принялись наползать титановые ставни. Кроме этого мерно загудели гидравлические приводы, а фальшборта фургона начали раздвигаться, образуя между собой и бронированной капсулой, зазор величиной с полметра.
Северский знал, что этот зазор, с раскрывшимися внутри стеклотекстолитовыми косыми перепонками, позволяет избежать пробитие броне-капсулы практически любым противотанковым гранатомётом, и от этого ему стало немного не по себе.
Неужели прямо в Подмосковье, в мирное время, кто-то готов устроить настоящую засаду с применением самых тяжёлых видов стрелкового оружия? – этот вопрос застрял в сознании, заставляя Сергея Петровича представить, как это будет, и то что он увидел ему не понравилось.
А ещё он представил, что на пустой трассе уже установлен ещё один поджидающий их фугас, и почувствовал, как сжимающие руль ладони, стали мокрыми.
Только этого не хватало – проговорил он про себя, и быстро посмотрел на Толика, смотрящего на мелькающие вдоль обочины деревья, через небольшой монитор встроенного в дверцу стационарного тепловизора.
Километр за километром, сокращалось расстояние до резиденции олигарха. Когда до неё осталось километров пять-шесть, накопленное напряжение начало по чуть спадать. А затем Северский почувствовал, как резко встрепенулся Толик.
– По газам! Гони! – выпалил он, и воткнув раструб глушителя в идеально подходящую круглую бойницу, начал выпускать из «Вала» пулю за пулей.
Почему Толик решил, что пора стрелять, Сергей Петрович понять не успел, но мгновенно среагировав на окрик, утопил педаль газа. В тот же миг в лобовое стекло что-то прилетело.
Оглушительный хлопок, сопровождался гроздьями искр, тут же унёсшихся в темноту, и оставивших после себя лиши длинную горизонтальную черту на бронестекле, от срикошетившей крупнокалиберной пули. А следом за этим по борту часто заколотило, словно кто-то стрелял из спарки пулемётов.
Горячие гильзы «Вала», отлетали от стенок кабины, скакали по приборной панели, так и норовя отскочить в лицо. Впрочем, Северский не обращал на них никакого внимания, сейчас он сжимал руль, до боли в пальцах, и гнал вперёд, желая только одного, побыстрее выбраться из-под обстрела.
– Фиксирую работу двух пулемётов, сто процентов семёркой лупят. Вспышек почти нет, шум минимальный. Похоже глушители. Ещё минимум четыре снайпера. Стволы – что-то крупное, 14,5 мм, не меньше.
Спокойный голос спеца, монотонно раздававшийся в ухе, заставил Северского прикусить губу от нахлынувшего волнения, и начать часто дышать совершенно целыми лёгкими, невольно повторяя старческую версию своего дыхания. Ему тут же вспомнилось пребывание в истерзанном химической атакой, старом теле. Эти воспоминания были точно не из приятных.