– Не стоит так спешить, – снова раздался голос из кареты, только вот в этот раз его сопровождал звук взводимого курка пистолета, ствол которого показался из окна через мгновение, – плащ вам будет пока только мешать…
– Какого чёрта вам от меня нужно? – остановился я и весь превратился в слух, пытаясь предвосхитить работу спускового механизма пистолета. Понятно, что, если человек сразу не начал стрелять, значит у него есть какой-то свой интерес, но несчастные случаи «на производстве» никто ведь не отменял.
В этот момент раздался голос одного из подручных, который во время нашего разговора быстро осмотрел трупы гопников:
– Двое зарезаны Ваша Светлость, третьему, кажется, сломал шею!
– Я так и подумал, – проигнорировав мой вопрос, продолжил вещать «благородный», – вы обращаетесь с ножом словно завсегдатай портового кабака, но не как добропорядочный горожанин, это хорошо… теперь избавьтесь от своего оружия…
– Послушайте мистер, эти люди напали на меня с оружием и пытались убить, а я всего лишь защищался, я добропорядочный и уважаемый человек, поэтому требую ответа на свой вопрос, чего вам от меня нужно?
– Я знаю, что вы защищались, но если мне что-то требуется, то я это беру, – надменно произнёс «благородный» немного изменённую коронную англосаксонскую фразу про «бизнес и ничего личного», – сейчас я хочу убедиться, что вы именно тот, кто мне нужен, поэтому бросьте нож и покажите на что способны с голыми руками, а если вы не станете драться, то Джимми и Том просто изобьют вас до полусмерти и спишут это на счёт грабителей, если вы заявите о произошедшем в магистрат. Давайте лентяи, взгрейте его хорошенько! – переключился «благородный» на своих подручных и погнал их в бой.
Слова хозяина кареты ни на йоту не прояснили ситуацию, но сейчас раздумывать было уже некогда. Поэтому я демонстративно откинул в сторону нож, чтобы «благородный» не мандражировал, держа палец на спусковом крючке, и снова снял треуголку, кинув её на плащ.
Джимми и Том (хрен его знает, кто из них, кто) живо напомнили мне братьев Косолаповых, когда-то охранявших Якова Твердышева, земля им всем стекловатой. По всему было видно, что бойцы бывалые, но разожравшиеся на барских харчах и явно потерявшие в подвижности, поэтому клинчеваться и идти в размен с ними явно не стоило, морда ведь не казенная – моими козырями являлись скорость и гарантированно более широкий арсенал приемов. Вот их мне и требовалось реализовать, и желательно побыстрее, а то этот затянувшийся вечер начал меня уже порядком раздражать. Так и к револьверу недолго потянуться.
Изобразив классические боксёрские стойки, которые были известны в том мире по фотографиям из девятнадцатого века, громилы начали охватывать меня с боков, и я не стал дожидаться, когда их «клещи» сомкнутся. Сымитировав атаку влево, я резко повернулся и встретил правого жестким хай-киком между рук в челюсть, на который он сам и «навинтился», склонив голову во встречном атакующем движении. Вообще, работать ногами выше пояса в бою с серьезным противником – моветон и прямая дорога к поражению, но здесь такого ещё, наверняка, не видывали, и я решил рискнуть.
«ДжиТи» срезало, как автогеном, и он завалился безвольным кулём прямо мне под ноги, а я тут же сделал через него кувырок с разворотом, уйдя от атаки «ТиДжи» – минус один. Судя по выражению лица второго и его невнятным движениям, в голове у него, в этот момент, творился неслабый когнитивный диссонанс. С одной стороны, нужно идти вперед, как ему велел босс, да и адреналин в крови уже клокочет, а с другой – очко то, оно не железное. Он ведь видел, как я уработал четверку гопников, а теперь и его напарника с одного удара. Тут, хочешь, не хочешь, а станешь осторожничать. А вот я осторожничать теперь не собирался, и тоже встав в боксерскую стойку, двинулся вперед, раздергивая его движениями ног и корпуса. Второй невольно попятился назад.
– Джимми, вперед! – остановил его отступление резкий, властный окрик из кареты.
Слова хозяина подействовали на громилу не хуже паровой катапульты, и зарычав, он бросился в атаку, молотя кулаками воздух. Подставляться под эту бешенную мясорубку в мои планы не входило, поэтому я принялся изматывать его нырками и уходами в бок и за спину, сбивая атакующий порыв короткими тычками по передней ноге. Джимми хватило всего секунд на двадцать-двадцать пять, хотя это был довольно неплохой результат для «комнатного» бойца. Теперь вновь наступило моё время.
Сделав серию ложных движений, чередуя их с лоу-киками, на которые красный, как рак, Джимми отреагировал весьма вяло, я подсёк ему избитую ногу и… и добивать не стал. Зачем? Сам боец всего лишь «слепое орудие» и к нему у меня претензий нет, в отличии от его хозяина. Молча показав Джимми пальцем, что подниматься пока не следует, я развернулся и направился к карете.