– Шалом ахи**, как добрался? (**мир тебе брат мой)
– Быстро, – сверкнул зубами Голдстейн, – погода благоприятствовала, я привёз хорошие новости рабби, месяц назад император Иван покинул Стокгольм и вновь отправился в Петербург!
– Петроград, – машинально поправил его хозяин кабинета, – он переименовал его в Петроград…, почему ты считаешь это хорошей новостью?
– Оттуда ему будет труднее помешать нам! – пожал плечами Голдстейн.
– Возможно, возможно, – задумчиво покачал головой хозяин, не совсем разделявший оптимизм собеседника, – если только это не его очередная уловка!
– Не думаю, сведения об уходе русских полков на восток подтверждаются, а остальные армии отошли на оборонительные позиции, похоже Иван действительно не собирается нападать на французов!
– Тем хуже для него, – усмехнулся хозяин, – в прошлом его стратегия упреждающих ударов показала себя с наилучшей стороны. Семья тоже отправилась в Петроград?
– Нет, осталась в Стокгольме!
– А вот это должно было тебя насторожить, он ведь устроил себе в Стокгольме триумф, логичным было бы повторить успех и в русской столице, явив своим новым подданным императрицу и наследника… Есть подтверждение из Петрограда о прибытии Ивана?
– Пока нет, но его действиям есть вполне разумное объяснение. Иван пробыл в России после коронации чуть больше месяца и поспешил туда сразу, как только устранил угрозу со стороны императора Иосифа, видимо, опасаясь за свой русский трон, поэтому и семью оставил в Швеции, где ей точно ничего не угрожает!
Хозяин кабинета вновь ненадолго задумался.
– Слишком много допущений, но, в целом, правдоподобно. Тем не менее ты обязан убедиться в его прибытии в Петроград, а пока мы можем быть уверены только в том, что он не на Британских островах, и не во Франции, поскольку не владеет французским…. Кстати, что ты думаешь по этому поводу?
– Странно это, – пожал плечами Голдстейн, – офицер, барон, впоследствии граф, принятый при дворе императрицы, и не владеет французским… Вызов для высшего света…, нет, не думаю, Иван не показался мне человеком, склонным к эпатажу, да и в его эрудиции сомневаться не приходится. Одним словом, странно!
– Вот именно, странно… Как обстановка на юге? – переключился хозяин на другую тему.
– Всё, как ты и предполагал, фон Тальман и кардинал Арчетти сделали своё дело и к концу декабря ожидалось прибытие во Флоренцию гостей из Неаполя, Пармы, Милана и Турина, думаю, что скоро следует ждать вестей из Парижа о прибытии делегации Габсбургов. Только боюсь не будет ли поздно, барон Армфельт уже больше месяца обхаживает графа Морепа, а что, если они договорятся или уже договорились?
– Не исключено, поэтому мы немедленно сделаем свой ход, а присутствие в Париже барона Армфельта сыграет нам только на руку. «Профессор» здесь?
Голдстейн утвердительно кивнул, и хозяин продолжил:
– Хорошо, пусть немедленно отправляется обратно на континент, в Париж, и доставит туда парочку «подарков». Первым станет «собственноручное» письмо лорда Норта в адрес императора Ивана, якобы выкраденное из дворца Сан-Суси в Берлине, в котором Норт отвечает Ивану, что британцы отнесутся с пониманием к его вторжению во Францию весной следующего года, и со своей стороны готовы рассмотреть возможность пресечения французского судоходства в Канале и даже, при определенных обстоятельствах, атаки их флота и базы в Бресте. Это письмо должно попасть к графу Морепа, но обязательно минуя министра иностранных дел. Морепа опытный политик и непременно заподозрит в этом письме фальшивку, но…!
– Но будет вынужден начать проверку происхождения письма, что неизбежно повлечет за собой волокиту на переговорах с бароном Армфельтом и даст нам дополнительное время для совершения второго хода! – закончил мысль Голдстейн, воспользовавшись возможностью блеснуть своими логическими способностями.
– Именно так, – улыбнулся хозяин, – а затем на сцене появляется второй «подарок», теперь для её королевского величества Марии Антуанетты. Русского посла при дворе Людовика нет, значит здесь у «профессора» руки развязаны, пускай обставит дело через графа Верженна, по линии дипломатической почты, детали проработаете сами, «собственноручное» письмо императора к подарку уже приложено…
– Что за подарок? – поинтересовался Голдстейн.
– Великолепный набор благовоний, пудры и прочих дамских штучек в обрамлении груды драгоценных камней, естественно с сюрпризом. Нужно сделать так, чтобы одна из фрейлин королевы тайком попробовала на себе этот сюрприз, женщины ведь любопытны и завистливы, а когда бедняжка в муках скончается, граф Верженн предъявит королю доказательства коварного замысла императора Ивана. После этого барон Армфельт отправится в Бастилию, а Людовик гарантированно договорится с Габсбургами и направит свою армию на восток!