– Я барон Умарк, мне необходимо срочно поговорить с графом Бьютом! – громко и уверенно заявил я, имитируя их коронный взгляд сквозь человека.
– Вам назначено сээр? – не проявив никаких эмоций, поинтересовался «андроид».
– Нет, но дело не терпит отлагательств и имеет чрезвычайное значение для… – сделал я отчаянную попытку решить дело миром, но тщетно. Дверь уже начала движение в обратном направлении, а значит время увещеваний закончилось.
Подставив ногу, я улыбнулся, глядя в удивлённые (наконец-то) глаза дворецкого, и резко воткнул ему пальцы в подреберье. Кажется, мы с Вейсманом такой вариант уже проходили, в доме у Якова Твердышева в Оренбурге, мелькнуло перед глазами мимолетное воспоминание. Согнувшегося пополам халдея тут же зафиксировали выскочившие из-за моей спины парни, а я двинулся наверх, по парадной лестнице. Хозяина я застал в каминном зале, сидящим в кресле у огня в домашнем халате и изучающим какие-то документы.
– Доброй ночи граф, прошу извинить за столь бесцеремонное вторжение, но у меня к вам дело, не терпящее отлагательств!
– С кем имею честь? – достаточно спокойно, не смотря на всю нестандартность ситуации, поинтересовался поднявшийся с кресла Стюарт.
– Барон Умарк из Скандинавии! – протянул я подтверждающие мой статус документы.
– Чем обязан барон? – мельком взглянул он на бумаги и вернул их обратно.
– Дело не только безотлагательное, но и весьма запутанное, поэтому, с вашего позволения, я бы хотел пригласить сюда нескольких человек, присутствие которых изрядно облегчит мою задачу!
– Извольте! – развел он руками, видимо, понимая, что особого выбора у него нет.
– Входи! – обернувшись назад, крикнул я по-шведски, исподволь подтверждая свою легенду.
Через пару мгновений в зале появились Вейсман и Броутон.
– Лейтенант фон Вейсман, мистер Броутон! – представил я «гостей».
– Джон Броутон, – медленно проговорил граф, вглядываясь в его лицо, – тот самый? Я ведь помню ваши чемпионские бои и бой с «Мясником» Джеком Слэком тоже помню, кажется, вы тогда сильно расстроили герцога Камберлендского, впрочем, как и меня три дня назад…, а где же мистер «Молот»?
– Это я, граф, – упредил я ответ Броутона, снимая парик и надевая полумаску, – бороду и усы сегодня сбрил!
– Весьма похоже, – покачал он головой, рассматривая меня, – но к чему весь этот маскарад!
– Я стал жертвой собственного авантюризма и жажды приключений, – принялся возвращать я свой внешний вид в исходное состояние, – в конце декабря я приплыл в Лондон в сопровождении лейтенанта фон Вейсмана и ещё троих своих людей, чтобы немного развлечься, так сказать, поискать острых ощущений, и отправился в одиночестве прогуляться по ночному городу. Неподалёку от «Бедлама» на меня напали грабители и мне пришлось убить троих из них. В это время мимо проезжал герцог Портлендский и стал свидетелем этой схватки, он, как раз возвращался из Тауэра, где подыскивал себе боксера на бой против Коркорена, взамен заболевшего Ричмонда. Увидев, как я расправился с грабителями, герцог решил, что я для него подходящий вариант и предложил мне контракт на бой. Я в свою очередь, решил, что это как-раз то, за чем я приехал в Лондон, и согласился, представившись ему просто отставным лейтенантом егерей. Затем я случайно познакомился с мистером Броутоном на одном из предварительных боев, он согласился стать моим секундантом, ну а дальше вы всё видели сами. Однако, это совсем не конец истории. По возвращении в Бёрлингтон-хаус, герцог Портлендский предложил мне поучаствовать ещё в одном приключении, теперь уже явно противозаконном, тем не менее, я вновь не стал отказываться. Каюсь, грешен, но на ринге всё закончилось слишком быстро, и я даже не успел насладиться этим пьянящим чувством опасности… Непосредственным нанимателем в этот раз выступил генерал Клайв, чьё имя стало мне известно совершенно случайно, хотя он и пытался сохранить своё инкогнито. Он нанял меня, чтобы я освободил его любимого дядюшку, якобы, удерживаемого алчными родственниками, ведущими с ним семейную тяжбу. Сегодня я со своими людьми это сделал… лейтенант, – посмотрел я на Вейсмана, – пригласите «дядюшку»!
***
– Его королевское Величество Георг Третий, королевский конюший капитан Грэвилл и доктор Уиллис! – представил я новую компанию гостей каминного зала, от внешнего вида которой волосы у неподготовленного зрителя вполне могли встать дыбом.
По центру «картины» парочка дюжих санитаров, с лицами не обезображенными интеллектом, держала под руки замотанного в замызганную смирительную рубашку, обросшего, словно «снежный человек», и пребывающего в полузабытьи мужчину. Справа от них расположился растерянный и растрёпанный доктор в сдвинутом набок парике, бережно прижимающий к себе, словно грудничка, свой «драгоценный» саквояж, а слева стоял измождённый болью капитан, с окровавленным лицом и замотанной пропитавшейся кровью тряпкой рукой, в идеально дополняющем этот мрачноватый натюрморт красном гвардейском мундире. Завершали композицию Аршин с Топтуном, стоящие позади них с винтовками в руках.