Лагерь противника отреагировал на брошенный им «вызов» весьма оперативно и первыми забегали германские наёмники. Гвардейцы Конвея быстро присоединились к устроенному гессенцами «шухеру» и уже минут через тридцать изобразили что-то похожее на исходное построение для начала кавалерийской атаки. Теперь мой выход, дал я себе внутреннюю команду, поскольку закрывать все вопросы с подозрениями в отношении союзников следовало сейчас, до начала сражения. Как говорили герои романа Богомолова – «нужен момент истины», а для этого враг (если он действительно враг) должен проявить свою истинную сущность. Всё, как обычно.
***
Вечер десятого марта, замок Стирлинг
Как и планировал, после довольно позднего и очень лёгкого (для тех, кого ожидает ночная работа) ужина я сразу же пригласил к себе адмирала Грейга – беседовали мы с ним достаточно долго и обстоятельно. В первую очередь, конечно же, обсудили вопросы флотские, и он передал мне доклад Гнома о том, что все технические и организационные задачи успешно решены, и в апреле оба наших тяжелых ракетных крейсера выйдут в море на ходовые испытания. Великолепная новость.
Затем Грейг поделился впечатлениями от бесед с Карлом Стюартом, который сейчас находился под надзором в каюте на борту линейного корабля «Королева Луиза Ульрика», стоящего на рейде Эдинбурга. Группа поручика Давыдова блестяще выполнила и даже перевыполнила поставленную задачу, доставив похищенного во Флоренции «Красавчика принца Чарли» на остров Рюген аккурат к отбытию спецназа в Британию. Одновременное наличие в моих руках «молодого претендента» и письменного отречения его брата кардинала Генриха Бенедикта Стюарта (также доставленного Грейгом) открывало широчайшие возможности для начала собственной игры на шотландском политическом поле. Однако для этого требовалось, для начала, остаться в живых и застолбить за собой право на сам факт такой игры.
Именно решением этого вопроса я и собирался заняться нынешней ночью, поэтому ещё раз поблагодарил адмирала за столь своевременное прибытие к эпицентру событий и отправил его отдыхать. Грейг свою работу выполнил на отлично, теперь пришёл наш черёд.
Самуил Карлович попрощался, сделал несколько шагов к выходу, а затем вдруг остановился и вновь обратился ко мне:
– Один вопрос Ваше Величество, что вы знаете о шотландских кланах?
– Пока только то, что они существуют! – развел я руками.
– В таком случае позвольте занять ваше внимание ещё на несколько минут. Сие видится мне чрезвычайно важным в свете текущих событий, хотя на первый взгляд может показаться несущественным!
– Предчувствие? – уточнил я.
– Можно сказать и так. Опытный моряк никогда не отмахивается от подобных вещей, в противном случае он даже не успевает стать таковым!
– Полностью согласен с постановкой вопроса, – покачал я головой, – за долгие годы, проведенные на войне, я тоже привык слушать свой внутренний голос, излагайте!
– Я уже более десяти лет состою на русской службе и совершенно не знаком с британской политической кухней, да и вообще, как вы знаете, стараюсь держаться подальше от политики, но участие в этом деле герцога Аргайла вызывает у меня серьезные опасения!
– Вы меня заинтриговали, поэтому попробую угадать – ваш клан «на ножах» с кланом Кэмпбеллов. Кстати, какой клан представляете вы сами Самуил Карлович?
– Отчасти вы правы, – тяжело вздохнул Грейг, – однако противостояние моего клана с Кэмпбеллами осталось в далёком прошлом, во временах короля Роберта Брюса. Тогда Кэмпбеллы подделали документы на право владения большей частью земель клана Макгрегор, а король в споре встал на их сторону. После этого сила Кэмпбеллов стала подавляющей и Макгрегоры уже не могли соперничать с ними на равных, но на этом беды моего клана ещё не окончились. Вражда и сражения между кланами всегда являлись делом довольно обыденным, потому мы, наверное, и оказались в итоге под властью англичан, но в 1603 году от Рождества Христова произошло непоправимое. При Гленфуре мои предки наголову разгромили вдвое большую армию клана Колкухунов, а те пожаловались королю Якову Шестому, состоявшему в родстве с Кэмпбеллами – союзниками Колкухунов. И король своим указом объявил клан Макгрегор вне закона. Ношение кланового имени и тартана, как и владение оружием для бывших членов клана, запретили под страхом смерти. Поэтому я ношу фамилию Грейг, а капитан, командующий сейчас гарнизоном замка, фамилию Максвелл. Да Ваше Величество, он тоже из Макгрегоров, которых более не существует на свете!