Первое, что бросалось в глаза, так это необычно пустые улицы, даже для раннего утра. Однако чем ближе он подходил к окраине города, тем больше прохожих попадалось на глаза. У одной из башен уже скапливались люди, много людей. Во встревоженном гуле толпы чувствовался страх, дикий, первобытный страх, пронзительный детский плач дополнял картину. Олег свернул на соседнюю улицу и обошел башню. Как он и ожидал, интересующий его контингент в ближайшее время явно не планировал скрываться в убежищах. Видимо, этой категории граждан страх за свою жизнь вообще мало знаком. Либо мозг настолько далеко ушел от реальности, что даже неведомая хрень в небе не может отвлечь от привычного образа жизни. Как бы то ни было, но вдоль ночных магазинов, клубов и прочих заведений, куда порядочному человеку после заката лучше одному не заходить, сновали изрядно пьяные представители нерабочего класса. Сотни лет назад лучшие умы человечества думали и изобретали, каким же будет люмпен будущего, а ничего придумывать и не надо. С течением времени ничего не меняется, изменилась лишь форма развлечений, добавилась изрядная доля виртуальной реальности, а сам тип асоциальной личности остался прежним. Как и раньше это были инфантильные лица, любыми способами стремящиеся повысить свою самооценку за чужой счет. Точно такие же как и раньше бродяги ходили по ночным улицам, точно так же приставали к прохожим и точно так же избегали тех, кто мог хорошим хуком быстро объяснить правила общения среди приличных людей.
По дороге Олег вспомнил, что несколько не соответствует окружающей обстановке. Он зашел в один из ночных магазинов. В небольшом помещении располагалось около двух десятков окон и пара кабинок для естественных нужд, но, судя по пятнам на полу, не все покупатели ими пользовались. Голосовой командой он выбрал бутылку бренди и поднёс браслет для оплаты, тут же из окошка выехал его заказ. Пока других покупателей не было, он ополоснул горло напитком и выплюнул на ботинки. Следом сделал несколько глотков и вылил еще полбутылки в туалет. Теперь образ завершен, от него разило алкоголем за километр, а почти пустая бутылка в руке дополняла картину.
Нужный ему бар находился через дорогу. Охрана на входе попыталась отобрать бутылку, но несколько грубых слов и удар в живот осадили пыл двух дрыщей, поверивших в себя. Бармен оказался более сообразительным человеком, он не стал возражать, завидев с грохотом поставленную на стойку тару, а предложил еще выпить и закусить. Царёв довольно улыбнулся ему.
— Где так долго пропадал, Хмурый? — пытаясь завязать разговор, спросил бармен.
— А ты чего интересуешься? — грубо переспросил Олег, — Коп что ли?
— Да я так, — испуганно ответил тот, — Разговор поддержать.
Олег вспомнил, как долго создавал себе репутацию в этом заведении, несколько раз ломал и стойку, и нос бармену, и других посетителей. Не было нужды ему всё это создавать, для такой работы в КВБ существовали совсем другие подразделения. Но, попробовав однажды, он втянулся, да и сведения, полученные прямым путём, всегда оказывались более полезными. Наверное, не зря его в отставку отправили, он нарушал правила всегда и делал только то, что считал нужным, без оглядки на начальство и распределение обязанностей.
В глубине бара за одним из столиков Царёв заметил того, кого здесь и надеялся найти. Гвоздилов — один из хороших знакомых Хмурого, завсегдатай этого заведения, плавно спивающийся мужчина, просаживающий здесь год за годом приличные суммы — являлся членом группировки «Черное солнце». Когда-то давно он работал вербовщиком, затем лидером ячейки, теперь держался вдали от основной работы, снабжая террористов деньгами и оружием. Его бы давно посадили, если бы не сведения, которые Царёв регулярно от него получал. Стоило больших усилий не только скрывать от него, что Хмурый — это агент КВБ, но и прятать самого Гвоздилова от копов. Зато несколько крупных задержаний и предотвращенных терактов на территории Африки — это заслуга именно этого агента, используемого втёмную.