Щёлк.
Вдруг, на долю секунды, бесформенное лицо стало напоминать мне Таню.
Я вздрогнул.
Иллюзия развеялась.
А вместе с ним и дымка, которая покрывала мой рассудок.
— … Возможно ты прав, — ответил я спокойным голосом. — Может быть этот мир действительно будет лучше, чем тот, который есть прямо сейчас. Но я всё равно предпочитаю именно его.
Мясо неподвижно разглядывал меня своими — и моими, ведь они одинаковыми — глазами.
Наконец он издал краткий хлюпающий звук.
— Он говорит…
— Я знаю. Пошли.
Х бросила последний взгляд на мясную гору у себя за спиной и пошла вперёд. Стоило ей сделать первый шаг в кровавое озеро, как под ногами у неё показались белые зверины, а может и человеческие рёбра, которые превратились в своеобразный мостик. Она прошло по нему на другой берег и встала передо мной.
Мясо в этот момент прикрыл свои веки, и перед нами появилась деревянная дверь. Я открыл её и увидел широкий каменный туннель. Даже не разглядывая последний, я почувствовал, что он ведёт в дом на берегу.
— Спасибо.
— Он говорит… что не нужно его благодарить. Когда придёт время, он будет сражаться… без пощады.
— Я знаю, — ответил я спокойным голосом. — Идём.
Х постояла на месте, а затем протянула мне свою беленькую руку. Я взялся за неё, последний раз посмотрел на просторы мясного горизонта, прошёл в туннель и прикрыл за нами дверь…
…
Вернувшись в дом на берегу, я выдохнул и развалился на диване. Х неподвижно стояла на месте. Судя по тому, как вихрились серые спиральки у неё в глазах, она размышляла.
— Я не знаю, правильно ли поступаю, — сказал я, обращая на себя её взгляд.
— А ты что думаешь? Можно построить лучший мир?
— … Никто не может решать… какой мир… будем лучшим, — ответила девушка.
— Скучный ответ.
— …
— Но правильный.
Сам я руководствовался немного другой логикой, но и эта сгодится.
После этого я предупредил Х, чтобы она никуда не выходила — по крайней мере до завершения последней битвы. В этот раз нам повезло, но, если бы её похитила менее доброжелательная сущность, всё могло бы закончиться совершенно иначе. Девушка невозмутимо кивнула, а затем посмотрела на стол.
Там стояли шахматы.
Я вздохнул:
— Одну партию, не больше. Договорились?..
…
После этого я совершил непродолжительную экспедицию в мир Тали. Мне следовало поторопиться, а потому я не мог оставаться там слишком долго. Благо, в этом не было нужды.
С моего прошлого визита прошло семь лет. Срок небольшой, но и не маленький. Всё это время Леон, а вместе с ним и королева, и все прочие вампиры истово исполняли мои указания.
В прошлый раз передо мной стояла серьёзная проблема. Мне нужно было разрушить репутацию ордена и вместе с тем заставить людей почитать вампиров. Сделать это было непросто. Я рассматривал различные варианты, и в итоге выбрал самый безумный.
Может быть причиной была усталость, которую я испытывал, когда давал все эти указания, или же битва против «Него» потрепала мою душу сильнее, чем я предполагал, но теперь выбранная мной стратегия казалась мне совершено сумасшедшей.
Я, Леон, потребовал рассказать правду.
О том, что все мы — включая королеву — действительно были вампирами, но добрыми, которые никогда не поглощали человеческую кровь без разрешения; что всё это время Орден пытался нас подставить, отправляя собственных «низших» вампиров, чтобы устраивать нападения на простой народ и так далее…
Теперь в моей голове мелькали туманные воспоминания, что королева и все остальные казались чрезвычайно рассеянными, когда я всё это рассказывал.
Наверное, они думали, что я был немного не в себе после нападения и хотели подождать, чтобы я поправился и дал более логичные приказы… Тем не менее к этому времени моим (своим) телом уже завладела душа Леона, который в принципе не смел идти против моих приказов, даже самых неразумных.
Повод задуматься о том, что делать его таким раболепным было немного неправильно.
И вот, на протяжении всех этих лет королевский двор только и делал, что рассказывал правду.
Чем всё это обернулось?
По правде говоря, узнавать ответ на этот вопрос мне было немного страшно…
Я ожидал увидеть пепелище на месте столицы и королевского дворца. Я ошибался. Когда я облёк себя в тело Леона, — последний в это время находился в поместье Тали, откуда проводил все свои операции, аки серый кардинал, — то не заметил ничего необычного.