Следующая станция "Сетунь", и тогда Арнольд Бронсон вышел из вагона электрички. Из его вагона никто не сошел, а из других - только две пожилые женщины и одна влюбленная молодая пара. Американец, проводив их взглядом, направился к выходу с платформы. Быстро темнело. Зажглись уличные фонари. На улицах пустынно. Те, кто сошел на станции "Сетунь", уже далеко, Бронсон их потерял из вида. Он достал листок бумаги со схемой и начал рассматривать ее. Затем быстро пошел по узким улочкам. Вот он почти у цели - улица академика Павлова, прочел разведчик на одном из домов. Неподалеку опоры ЛЭП, Бронсон устремился к одной из них...
Американский отдел контрразведки. 23 часа 30 минут
К полуночи напряжение у тех, кто оставался на вахте в Американском отделе Второго Главного управления, казалось, достигло своего пика. В данный момент центр этого напряжения находился в кабинете Алексея Владимировича Климова, где у карты города те же трое - Краснов, Климов и молодой Станислав. Он только что отошел от телефона, и лицо его светилось от радости.
- Сергей Александрович! - Станислав доложил о полученных им новостях: - Пост на улице академика Павлова сообщает, что видит "Нарцисса"! Его с трудом удалось опознать. Он переодет в другую одежду, у него усы и борода. На нем - очки и шляпа. Но один из наблюдателей на посту узнал его по походке и по другим приметам.
Вот теперь уже все присутствующие нисколько не сомневались, что дело движется к финалу. Климов приготовил кофе - всем надо взбодриться, томительное ожидание давало себя знать. Прошло не более получаса, и новый телефонный звонок взорвал тишину ночи. Трубку взял Климов. Короткий разговор по телефону, и Алексей Владимирович, довольный, сообщил присутствующим, что пост на улице академика Павлова вновь видел "Нарцисса", который уже без сумки шел по направлению к станции "Сетунь".
- Так, - проговорил Краснов, радостно улыбаясь, - наблюдения за "Нарциссом" вести не следует. Но пусть сразу же сообщат, как только он придет к себе на квартиру. Тогда дадим команду начинать поиск.
Климов понимающе кивнул головой. В его глазах - азарт охотника.
Все с каким-то радостным предчувствием пьют дымящийся горячий кофе. Усталости уже нет - только беспокойное ожидание. Прошло еще около часа. И опять телефонный звонок: пост наблюдения на улице Вавилова сообщил, что американец приехал домой и две-три минуты назад в окнах квартиры Арнольда Бронсона погас свет. На часах половина первого ночи.
- Ну, что же, - произнес Климов, - даю команду начинать поиск. Обследуем весь этот пустырь, где был "Нарцисс". А ребята на посту на улице академика Павлова просто молодцы!
- Будем ждать результатов у меня, - заметил Краснов, приглашая всех в свой кабинет, - переведите ко мне всю связь с постом на улице академика Павлова. - Он обратился к Климову, который спустя несколько минут зашел в кабинет начальника отдела, где Сергей Александрович Краснов и Станислав вновь наливали кофе. Пили его с наслаждением, посматривая на часы. И вот, наконец, звонок, трубку взял Климов.
- Сергей Александрович, - доложил Климов, отрываясь от разговора, даже трудно поверить в такую быструю удачу. Думаю, что нашли тайниковый контейнер. Знаете, это - "булыжник", и в нем что-то есть. Ребята утверждают, что он лежит в кустах совсем недавно. Я велел везти его сюда.
- Отлично! - отставляя чашку с кофе, проговорил Краснов. - Срочно вызывайте специалиста из оперативно-технического отдела. Нам придется вскрыть "булыжник", посмотрим его начинку. Надо только быстро вернуть его на то же место. Конечно, в первозданном виде. Рано утром "камень" должен быть там, где его оставили. Агент может прийти за ним в любой момент.
В кабинете начальника Американского отдела контрразведки случалось всякое. И в утренние часы, и днем, и тогда, когда на Москву опускалось покрывало ночи. Сейчас уже была глубокая ночь...
Глава восьмая
Разоблачение
Драгоценный "булыжник"
На Москву спустилась ночь. В кабинете руководителя Американского отдела контрразведки четверо: Сергей Александрович Краснов, Алексей Климов, Станислав и вновь прибывший сотрудник оперативно-технического подразделения контрразведки Симбирцев. Павел Борисович Симбирцев, немолодой уже человек, уникальный мастер в своем деле, с огромным опытом работы. Все они, оставив на столе чашки с недопитым и уже почти остывшим кофе, стояли у большого стола, с любопытством рассматривая серый булыжник, который лежал на куске белой ткани*. В кабинете воцарилось молчание. Потом все, кроме Симбирцева, словно сговорившись, отошли вглубь комнаты, оставляя того наедине с "находкой".
Симбирцев приготовился к священнодействию. Он стоял у "булыжника", как опытный хирург у стола с больным, готовясь к сложной операции. Рядом с ним, на самом краю стола, находился его рабочий чемоданчик с набором инструментов. Он надел резиновые перчатки, такие же, какими пользуется хирург, приступая к операции, и взял "камень" в руки. Он с любопытством осмотрел его со всех сторон и, наконец, определил, что по краю "булыжника" проходит едва заметный соединительный шов. Он почти не виден, и только опытный глаз мастера нашел его под слоем напыленного серого порошка.
Симбирцев внимательно рассматривал шов и точными движениями инструмента вскрывал тайниковый контейнер. Зрители придвинулись ближе к столу, где "булыжник" под руками опытного специалиста превратился в две аккуратно раскрытые половинки. Одна из них - крышка, во второй, глубокой и гораздо большей по размеру, лежали пачки денег и записка - в прозрачных целлофановых упаковках.
Климов торопливо натянул свои собственные перчатки и взял целлофановый пакет с запиской. Протянутым Симбирцевым пинцетом он осторожно вытянул из пакета записку с печатным текстом на русском языке:
"Дорогой друг! Мы рады, что вы благополучно нашли нашу посылку. Поздравляем вас с этим! Мы посылаем вам тридцать тысяч рублей - это наш аванс за те услуги, о которых мы договорились. Ждем писем с информацией, которую вы нам обещали. Не забудьте поставить сигнал в известном вам месте. До скорой встречи.
Ваши друзья".
Климов и Симбирцев продолжали исследовать обе половинки "булыжника". Деньги и записка - больше ничего в контейнере нет. Алексей Климов разочарован. Потом он подошел к Краснову, который за своим столом терпеливо ожидал результатов вскрытия. Симбирцев тем временем продолжал работу "булыжник" и все его содержимое были сфотографированы. Прошло несколько минут, и в умелых руках Симбирцева "булыжник" приобрел свой первоначальный вид. Шов тщательно заделан и замаскирован. Камень как камень, не отличить от того, который еще несколько часов назад спокойно лежал в кустах под опорой ЛЭП.