Прошедшая ночь была чудесной. Она была такой простой, такой естественной. Она не любила, когда мужчина пытался создать некую атмосферу с помощью тихой музыки и приглушенного света. От этого она всегда чувствовала себя неуютно: музыка и свет — это то, о чем беспокоишься во время представления. Но с Джеком она не чувствовала себя так, будто выступает. Это было больше похоже на греблю, на что-то, что они делали вместе. Может, это и не самое романтическое сравнение — любовь и гребля, — но там ей действительно было хорошо.
Джек зашевелился. Она наклонилась к нему, чтобы поцеловать.
Он дернулся назад, отворачивая голову.
— У меня жуткий запах изо рта.
Она засмеялась. Как хорошо, что он это сказал! По утрам у людей изо рта, конечно, пахнет — не очень-то приятная мысль, но это правда. И Джек воспринимал это как должное. Более романтические типы постарались бы сделать вид, что ничего подобного не происходит… но у них это бы не вышло.
— Мне все равно, — сказала она.
— Вот и неправда.
Он сел, порылся в рюкзаке с одеждой и с триумфом извлек оттуда зубную щетку.
Они начали одеваться. Джеку было трудно двигаться в такой тесноте, а она то и дело оказывалась у него на пути, и он ударялся об нее локтем или бедром.
— Ты ведь делаешь это нарочно, — сказал он наконец. — Я, конечно, не образец грации, но не настолько же неуклюж.
Они выбрались из палатки, Джек пошел в хижину лесничего, чтобы вернуть фонарь и узнать, не дадут ли им снова горячей воды, а Эми отправилась на берег, чтобы принести пакет с едой. Тарелки и чашки так и стояли на днище каноэ. Они блестели от дождевой воды, и Эми пришлось смахнуть с них сосновые иголки.
Джек вернулся из домика лесничего с кофе. Их меню было таким же, как и прошлым вечером, — сандвичи с тунцом и сушеные фрукты. Лесничий предлагал им горячий завтрак.
— Но он уж очень разговорчив, — сказал Джек. — Мы просидим там целую вечность.
— Ничего, все нормально.
Эми села на камень, чтобы съесть свой завтрак, и тут же подумала, что лучше бы камень оказался сухим. Джек присел рядом на корточки, опершись коленом о бревно. Джинсы на колене будут влажные и грязные, но лучше влажное колено, чем влажная задница, как у нее.
Он взял сандвич.
— Ты думаешь, мы и в самом деле сможем скрыть это от остальных?
— Не понимаю, почему ты считаешь, что это будет трудно?
— Все было бы по-другому, если бы не все эти семейные сложности. Я не из тех, кто снимает себе девушек на одну ночь.
— Я знаю.
Она ответила не задумываясь, и он с некоторым подозрением поднял на нее глаза.
— Знаешь? Откуда?
— Я неплохо разбираюсь в людях и, кроме того, сплю в одной комнате с твоей сестрой. Ты думаешь, я ничего не знаю про твою личную жизнь?
Он застонал.
— Значит, тебе уже рассказали про Джека-спасателя?
Она улыбнулась. Разумеется, рассказали. Холли сказала, что у Джека никогда не было настоящей привязанности. Это женщины в нем нуждались, они же, вероятно, нужны ему не были.
— Ну, все это не так, как говорит Холли. Просто я не слишком силен по части выражения своих чувств, поэтому лучше чувствую себя с женщинами, для которых могу что-то сделать. Ставишь кому-то новую печку в машину, и уже понятно, что женщина тебе нравится. Чего болтать об этом без нужды?
— Мне кажется, ты очень хорошо себя выражаешь.
— Тогда ты единственная, кто так думает. — Он допил кофе. — Поэтому все получится как нельзя лучше, если ты составишь мне список поручений. Например, водосточный желоб… тебе не надо прочистить водосточный желоб? Я люблю чистить водостоки.
— У меня нет водостоков. Я живу в многоэтажном доме, и там обслуживающий персонал.
Он скорчил гримасу.
— Обслуживающий персонал? Женщине, у которой есть обслуживающий персонал, нет причин заводить со мной какие-то отношения.
— Думаю, я смогу подыскать что-нибудь и для тебя. — Эми сложила пакет, в который были завернуты сандвичи, и поднялась. — Но у нас уйма времени, чтобы это продумать, — до конца лета еще далеко.
— Пожалуй, — согласился он.
Они быстро уложили вещи, и когда Джек уже сталкивал каноэ на воду, Эми повернулась на своем сиденье.
— Давай посмотрим, как быстро мы можем грести, — предложила она.
Нелепая идея. Спешить необходимости не было, и вчерашний день был нелегким.
— Звучит заманчиво, — сказал он.
Как бы быстро они вчера ни плыли, им приходилось соблюдать осторожность. Они не знали, какие трудности ждут их на пути, не раз останавливались и сверялись с картой. Но в это утро они уже знали маршрут, и ничто не могло их остановить.