- Слушайте, я не знаю, что вы собираетесь делать со мной, поэтому и ударил. Я не знаю, кто вы. Мне эти лекарства нужны для семьи.
Гордон был явно разозлен. Глядя на мужчину, он крикнул. - Отойди от грузовика.
Дэн подошел к Гордону и приказал мужчине лечь на землю.
- Отойди от грузовика. Мне нужно посмотреть, есть ли у тебя что-то нужное для нас. - Проорал Гордон.
- Мне не нужны неприятности. Я просто собираю это для семьи. Позвольте мне уйти, - умолял мужчина, делая шаг к двери грузовика.
- Это гребаная трата времени, - заорал Гордон, нажимая на курок и стреляя мужчине в грудь.
Пуля попала в мужчину с глухим стуком. Он тут же упал на землю замертво.
- Зачем ты в него выстрелил? - Спросил Дэн.
- У нас нет времени на это дерьмо. Мейсону нужны лекарства. - Гордон засунул пистолет в кобуру и начал копаться в коробках в кузове грузовика.
Дэн просто стоял и смотрел в изумлении на Гордона.
Осмотрев несколько коробок, Гордон воскликнул. - Вот он, - он вытащил ингалятор из коробки и поднял над головой. Не теряя времени, он побежал обратно к Джимми и Мейсону.
Когда Гордон добрался до грузовика Джимми, он услышал, как тот плачет от горя. Он не видел его, но плач говорил ему об исходе, которого не должно было случиться. Гордон просто стоял в темноте, слушая своего друга и желая, чтобы результат был другим.
12 декабря 2014 года
"Когда люди лишаются привилегии думать, последняя тень свободы скрывается за горизонтом".
Десантный корабль "Мэйкин Айленд", Индийский океан.
Бэрон внезапно проснулся от стука в дверь своей каюты. Он поднялся с койки и открыл дверь. Протирая глаза, он спросил. - В чем дело?
- Извините за беспокойство, сэр, - сказал, нервничая, младший капрал.
- Ладно, что там?
- Сэр, для вас поступил важный звонок.
- Звонок? - Спросил Бэрон, в замешательстве. Он отошел от двери к стулу в каюте. - Входите, капрал.
Младший капрал, нервничая, зашел внутрь.
- Раз уж вы спустились сюда и разбудили меня, то могу я спросить, кто звонит? - Спросил Бэрон с ноткой сарказма.
- Сэр, это Президент.
Бэрон прекратил завязывать шнурки на ботинках и посмотрел на капрала. Его охватили мириады эмоций, шток, страх, тревога. Он вернулся к шнуровке обуви и очистил мозг. Не желая, чтобы юноша видел его нервничающим, он закончил беседу, сказав - Младший капрал, вы можете идти, я скоро приду.
Бэрон сел и резко вздохнул. Было совершенно ясно, что звонок вызван рейдом на Диего-Гарсия. Он не ожидал, что ему позвонит Президент. Он ожидал звонка от какого-нибудь генерала. Если звонит Президент, то, по его предположению, это значило, что они хотят прийти к какому-нибудь соглашению. Было любопытно узнать, чего хочет Президент, он схватил рубашку и направился в командный пункт. Обычно короткая прогулка в этот раз казалось длилась вечность. За всю свою карьеру он ни разу не говорил с Президентом. Сейчас придется, но и обстоятельства были необычными. Когда он вошел в затемненный командный центр, все посмотрели на него. Майор Эшли встал и сказал. - Мы подготовили защищенную линию в задней комнате.
Бэрон просто кивнул Эшли и быстро прошел к задней комнате, закрыв дверь. Он посмотрел на приемник на столе. На мгновенье он задержался, чтобы сориентироваться. По дороге в командный центр он примерно прикинул, о чем пойдет разговор. И ожидая, что новый Президент будет кидаться словами вроде "мятеж" и "предатель", он пообещал себе, что останется спокойным и сохранит самообладание.
Он очистил лавину мыслей, присел и взял передатчик. Сглотнув, он сказал в микрофон. - Подполковник Бэрон слушает.
Молчание.
- Подполковник Бэрон слушает.
По-прежнему тихо.
- Там есть кто-нибудь?
- Полковник Бэрон, - спросил голос, прерывая молчание
- Да. Полковник Бэрон слушает.
- Один момент, - сказал голос.
Бэрон нервно постукивал ногой. Ожидание было мучительным.
Секунды казались минутами. Затем знакомый голос наполнил его уши и вернул воспоминания о слушаниях в Конгрессе, через которые он прошел несколько лет назад. Он вспомнил, что встречался с Президентом во время слушаний о стрельбе по безоружному иракцу в 2004 году. Бэрон вызвался давать показания в пользу морпеха из его подразделения, которому было предъявлено обвинение. Он вспомнил, что во время перекрестного допроса Президент был справедлив и лишь старался докопаться до истины.
- Полковник Бэрон? - Спросил Коннер.
- Да, это я.