Бэрон сел ошеломленный. Он не мог поверить тому, что услышал. В комнате было так тихо, что можно было бы услышать падение булавки. Бэрон недоверчиво покачал головой.
- Вы в этом уверены? - Спросил Бэрон приглушенным голосом.
- Сэр, мы были также потрясены, как и вы сейчас. Я лично спустился, чтобы это подтвердить, - сказал Пелтон.
- Джентльмены, прошу меня извинить, - Бэрон быстро встал. Чувство утраты переполняло его. Ему нужно было немедленно покинуть комнату. Не говоря ни слова, он вышел и быстро пошел в свою каюту.
Весь его обратный путь был пыткой. Он представлял себе юное красивое лицо своего сына. Его разум хотел бы отвергнуть то, что он сейчас услышал.
Наконец добравшись до своей комнаты, он вошел внутрь и бросился в туалет. Он опустился на колени и его вырвало. Он очень давно был морским пехотинцем. Он много раз видел, как умирали другие, и много раз забирал чужую жизнь, но сейчас это было слишком личное для него, это было так близко к дому. Теперь его сын был мертв. Как он сможет объяснить все это своей жене?
После еще нескольких попыток он сел на полу. Увидев бутылку виски, он встал, схватил ее и опрокинул ее содержимое себе в горло. Он посмотрел на пустую бутылку а затем разбил ее о переборку. Глядя на тысячи крохотных осколков, он подумал о Билли. Вот чем он сейчас был, его разнесло на тысячи маленьких кусочков, как и эту бутылку.
- Будь ты проклят, Ньюсом, будь ты проклят.
Бэрон хотел бы обвинить капитана Ньюсома, но в глубине винил себя. Его эмоциональная боль была слишком сильна, он не мог ей сопротивляться, и, наконец сдавшись, зарыдал.
Гора Шайенн, штат Колорадо
Президент Коннер неподвижно сидел в одиночестве в холодном помещении комнаты для совещаний. В нынешних обстоятельствах одиночество казалось уместным. Рождественское утро началось идеально. Они с Джулией провели утренние часы, чувствуя себя подростками, нежащимися в постели и занимающимися любовью. Эта идиллия была разрушена новостями из Нью-Йорка.
Опасения, которые у него были по поводу повторного нападения, оправдались. В 9.23 по западному стандартному времени кустарная ядерная бомба сдетонировала в западной части Манхэттена, разрушив большую часть города. Чувства несостоятельности и провала соперничали в нем с сильным чувством ярости и жажды мести.
Грисволд, сотрудники штаба, Дилан и Круз вошли в комнату и немедленно заняли места вокруг длинного стола. Коннер оглядел их и заметил, что отсутствует генерал Хьюстон. У него возникло искушение спросить о его местонахождении, но он не хотел терять время и начал совещание.
- Теперь вы все знаете, что произошло в Нью-Йорке.
Все мрачно кивнули.
- Сначала позвольте мне сказать, что из-за нашего бездействия наша страна вновь подверглась нападению. Эта новая атака не была случайной, это было спланированное нападение на наш праздник, - сказал Коннер и помолчал. - Генерал, прошло три недели с того момента, как мы были атакованы, и у нас по-прежнему ничего нет, кроме оправданий. Если бы мы что-нибудь делали, то могли бы предотвратить это. Мы неделями сидим внутри горы и все, что мы делаем, только говорим и говорим. Я знаю, что вы против моего плана. Я выслушал и с уважением и пониманием воспринял ваш совет. Я понимаю, что ответные меры против наших известных врагов с использованием нашего ядерного арсенала, не то, к чему следует относиться легкомысленно, я это понимаю. Однако не в той ситуации, когда мы атакованы тем же видом оружия. Есть те, кто хочет уничтожить нас. Мы знаем, кто они, мы имеем с ними дело уже больше поколения. Многие из моих предшественников имели с ними дело. Мы уже действовали, размещая там войска, а затем медленно выводя их в течение многих лет. Достигли ли мы какого-либо успеха? Да, но мы не сможем выиграть, если не сделаем то, что они хотят сделать с нами. Мы должны стереть их с карты. Мы должны полностью уничтожить их. Как Линкольн, который 150 лет назад понял, что не сможет выиграть войну против Конфедерации, не уничтожив ее, именно это мы должны сделать сейчас с нашими врагами. Мы не можем больше тратить время на разговоры, мы не можем больше тратить время, пытаясь обнаружить, кто это сделал. Мы знаем, кто это сделал. - Коннер встал и начал медленно прохаживаться по комнате.
- Генерал, вы были надежным советчиком в это трудное время, но я дал вам достаточно времени. Я не хочу слышать ваши возражения, - Коннер все время смотрел на Грисволда. Затем он обратился ко всем в комнате. - Я позвал вас сюда не для разговоров, а чтобы сообщить, что мы сегодня сделаем. Сегодня мы нанесем ответный удар! Сегодня мы раз и навсегда уничтожим наших врагов! Мы сотрем их с лица планеты. Меня не волнует, что об этом подумает мир. Сегодня мы предпримем реальные действия и начнем восстановление нашей страны. - Коннер вернулся к своему месту, но не сел. Он снова повернулся к Грисволду. - Генерал Грисволд. Настоящим я отдаю приказ нашим ядерным силам нанести удар по следующим городам: Тегерану, Багдаду, Исламабаду, Кабулу, Могадишо, Пхеньяну, Дамаску, Триполи и Адену; Я также хочу, чтобы ядерными силами были уничтожены все военные объекты в Иране, Ираке, Сирии, Ливии, Северной Корее, Афганистане, Сомали и Пакистане. Если это значит, что нужно сбросить сотни бомб на каждую страну, мне плевать. Я не хочу, чтобы у них была возможность нанести ответный удар. Я хочу, чтобы выжившие отправились прямиком в каменный век. Вы получили мои приказы, и я ожидаю, что они будут выполнены немедленно.