Словно напоминая об этом, рядом с его самолётом начали рваться зенитные снаряды. Япошки старались насытить противовоздушную оборону по максимуму. Впрочем, огонь был далеко не такой плотный, как во время битвы с авианосцами. Тогда били так активно, что места вообще не оставалось. В тот раз, Джо было страшно. Теперь же, он знал, что делать. Сначала слегка уклоняешься. Потом ускоряешься и снижаешь скорость. Не даёшь им возможности нормально прицелиться. Едва научившись, в дальнейшем подобные манёвры выполняются автоматически. Некоторых, впрочем, сбивали. Оставалось лишь надеяться, что в этот раз твой номер не выпадет.
Именно эта мысль пронеслась в голове Джо, когда на его глазах «Хеллкэт», дымя, рухнул на рисовое поле. Шансов выбраться у пилота не было никаких — всё произошло слишком быстро.
— Не повезло же тебе, бедолага, — сказал Джо.
Вероятно, шрапнель от снаряда повредила двигатель или убила пилота, поэтому возможности уйти из-под огня у него уже не было.
Ствол пулемёта направился в его сторону. Мимо «Хеллкэта» полетели синие, как лёд, трассеры. Большой палец Джо лёг на гашетку. Из-под истребителя вырвались красные американские трассеры. Истребитель нёс на борту шесть пулемётов, и каждый из них был во много раз мощнее одного японского. Джо совсем не улыбалось получить пулю пятидесятого калибра. Если пуля не убьёт сразу, самолёт собьёт с курса отдачей.
Против «Хеллкэтов» продолжала сражаться лишь ничтожная кучка «Оскаров» и «Зеро». Плюс какой-то одинокий истребитель неизвестной модели. Вероятно, это «Тони» — армейский самолёт с двигателем от немецкого «Ме-109», с жидкостным охлаждением, а не радиальный, какие стояли на двух других японских истребителях. «Тони» — отлично оснащённые и быстрые машины. На этого одиночку набросилось сразу штук шесть «Хеллкэтов», поэтому разглядеть его как следует Джо не сумел, хоть он и выдержал больше попаданий, чем любой другой японский истребитель.
«Будь их больше — мы бы, как следует, огребли», — подумал Джо. «Тони» был очень сильно похож на «Ме-109». Частично, очевидно, из-за двигателя, который и диктовал форму передней части корпуса. Оставалось только гадать, когда это немецкие инженеры успели помочь своим японским союзникам.
Впрочем, всё это не забота Джо. Вместе с остальными пилотами он приступил к штурмовке аэродрома Хикам, что рядом с Перл Харбором. Забавно было наблюдать, как япошки на земле разбегались по укрытиям. Смотреть, как некоторые из них до укрытий не добегали, оказалось ещё веселее. Ему совсем не казалось, что он стрелял по живым людям, как это бывало в случае воздушного боя. Здесь они, просто… мишени, и он спокойно их поражал.
Кто-то поджёг бульдозер. Джо восхитился поднявшимся в небо столбом дыма. Поскольку авианалёты продолжались постоянно, япошки могли чинить аэродромы только ночью. Появлявшиеся поутру «Донтлессы» обеспечивали их работой на следующую ночь.
По дорогам больше не маршировали пешие полки. Джо это сильно не понравилось. По ним было так легко целиться. Но япошки не дураки. Они чертовски быстро учатся. Теперь они передвигались отделениями и взводами и постоянно старались держаться в стороне от дорог. Выследить их становилось непросто. Разумеется, от этого они и воевали хуже, что было на руку бойцам на земле.
Джо высматривал артиллерийские позиции. Выбивать артиллерию всегда на пользу. Поговаривают, что её огонь убивает и ранит больше народу, чем винтовки и пулемёты вместе взятые. Джо не знал, правда это или нет, но слышал уже не единожды.
Большая часть японских орудий пряталась в джунглях на склонах гор, и к вопросу сооружения укрытий для них противник подходил со всем тщанием. Одну позицию Джо обнаружил лишь потому, что заметил вспышку от выстрела. Если бы не она, он бы позицию так и не увидел. Каким образом япошкам удалось затащить орудие в такую глушь осталось для него загадкой.
Расстреляв боезапас, Джо вернулся на «Банкер Хилл». Один за другим возвращались и его боевые товарищи. Джо тихо рассмеялся. Он так долго тренировался летать в строю, а здесь он сам по себе. Японских самолётов в небе почти не осталось, поэтому в чётком построении смысла не было.
В нескольких милях от Оаху горел эсминец. Какому-то япошке удалось прорваться сквозь заслон. Они, по-прежнему, бились изо всех сил. Видимо, они так и не поняли, что дерутся не в своей весовой категории, либо им было плевать.
Эсминцам, и их более крупногабаритным товарищам приходилось держаться максимально близко к берегу, чтобы доставать орудийным огнём до вражеских позиций. Авианосцы кружили севернее, намного дальше радиуса поражения. Джо не видел для них никакой угрозы, и был этому рад.