В онлайне ожила вторая точка зрения. Цель залпа стала похожа на Мауна-Лоа в миниатюре: поток расплавленной породы оползал по склону холма. Вспышки света отмечали продолжение работы термических флешетт. Гремел гром.
Значит, вот как отреагировали американцы. Быстро и эффективно. Прижигание и герметизация пораженного ареала, минимальный сопутствующий ущерб. И все мои мечты обратились в пепел.
Контактные линзы снова обрели прозрачность. Альфред поднялся и выбежал из Пильхнер-холла.
Впереди панически блуждали люди, ошеломленные сначала отказом Сети, а теперь и слепящими отблесками лазерного залпа. Смешайся с толпой. Хотя Альфред стремился подставить плечо всему человечеству, именно сейчас впервые за вечер он почувствовал себя ужасно одиноким. Кто-то из окружающих глазел вверх; кто-то временно ослеп. Поднялись крики. Кто-то отдавал разумные команды: броситься под прикрытие, смотреть вниз, избегать отблесков. В условиях серьезного обвала Сети у них не оставалось иного выбора, кроме голосового общения. Ширились слухи. Все больше народу в толпе понимало, что их страна под военной атакой – всего лишь третий или четвертый случай в современной истории. Пока, однако, никто не догадывался, что атакующей стороной выступает их собственная армия.
Альфред не поднимал глаз, а лицо прикрывал. Поза эта не должна вызвать подозрений: в толпе сотни людей поступали так же. Он урезал канал связи до мутного ручейка, по которому поступали считаные биты за секунду, и переключился на хаотичную маршрутизацию через свои механизмы. Оптическое оборудование самого Альфреда было надежно заэкранировано, и зондам морпехов оно покажется обычным набором эпифанических железок, пытающимся сладить с неожиданным отказом публичных сетей.
Он рассчитывал продержаться еще минут десять. Но задолго до того аналитический пул УВБ придет в себя после коллапса Элис и займется ретроспективным просеиванием локальных видеопотоков. Если аналитиков натравить на такую маленькую выборку, эффективность их будет устрашающей. Он вообразил себе их радостную погоню. Видите, как вражеские механизмы скучены у Пильхнер-холла? А ну-ка просканируем начало вечера; кто все время крутился рядом с этим зданием? О, тут дочка Гу заходит, а за несколько минут до нее – чувак индийской внешности. Прокрутите вперед: никакого движняка, и вот не далее как минуту назад тот же индиец выбегает наружу. Проследить его в настоящее – вот он, готовенький, чертовски убедительно отыгрывает невинного зеваку.
В любом случае индо-европейская операция завалена так, что отрицать причастность не получится. И это еще не самое скверное. На несколько секунд Альфред Вас поддался нехарактерному для него отчаянию. Как же все годы моих планов? Как же спасение мира? Он слышал достаточно, чтобы догадаться: улики, похищенные Кроликом, пересланы в pdf-файле на лэптоп Паркера. Альфреду не суждено будет закончить исследовательскую программу. Да уж, Кролик действительно оказался Новой Большой Угрозой. Морковная ботва в Мумбае недвусмысленно намекала на это. А я предпочел закрыть глаза и понадеялся, что выиграю, действуя по прежнему своему плану.
Но… что там с Кроликом? Вполне вероятно, что убедительные улики, собранные им, на самом деле – не поддающийся расшифровке хлам. Возможно, то, что стояло за Кроликом, теперь беспомощно. В таком случае, возможно, возможно, получится уцелеть и попытаться снова, если я задействую все свое влияние во внешней разведке.
Альфред переместился обратно на край толпы и осторожно прозондировал свою сеть. Он потерял связь с лабораториями. Уже полминуты ничего, кроме смертоносных клик-клак в его ушах; не слышные больше никому, звуки эти отмечали методичное истребление его армии.
Ага, вот. Маршрут через уцелевшие устройства к Пильхнер-холлу. Выскочили маленькие окошки… он нашел точку зрения, единственную лабораторную камеру, уцелевшую после лазерной атаки, и посмотрел через нее сверху вниз на мышиный шкаф. Камеру немного повредило отблесками, там и сям пестрели мертвые пиксели, но видимость была достаточная.
Сопутствующий ущерб может быть полезен: вполне вероятно, что обвинения Кролика больше нечем подтвердить! Ударная волна в момент американской атаки на пускатель опрокинула его ценнейший шкаф. Последняя партия мышей свалилась вместе с ним. Отлично. И, что всего приятнее, термические бомбы янки затопили все окрестности пускателя лавой. Она, как и ожидалось, запечатала дыру, возникшую при залпе, но не остановилась. Мерцающий, вязкий, как битум, ручей растекался между стеллажами, кое-где собираясь в лужи глубиной под два метра. Он достиг упавшего шкафа и затопил все, кроме уголка с последней партией мышей.