– Папа, ты в клинике Крика в Ла-Холье. Мири не пострадала при пожаре. Но от твоей левой кисти, гм, почти ничего не осталось.
Местами плоть опалило до кости, прожгло все левое предплечье.
Роберт-старший коснулся рукава пижамы, которая в этом месте была ему широка.
– Да, врачи мне рассказали. – Он повернулся и осел в кресло. – И, в общем, ничего больше не говорили. Ты уверен, что с Мири все нормально? Ты ее видел?
Старик никогда раньше себя так не вел. В глазах его застыла мука. А может, он просто реагирует на то, какой вид у меня самого. Боб сел напротив отца.
– Я ее видел. И сегодня с ней еще поговорю. Ее главная проблема – скомканные воспоминания о том, что случилось в лабораториях.
– Ага. – И немного тише: – А-ага. – Роберт посидел, переваривая новость, потом снова встрепенулся. – Как долго я провалялся в отключке? Боб, я столько должен тебе рассказать… Может, ты лучше позови кого-нибудь из своих, ну, тех, кто на правительство работает?
Ева
– Папа, в этом нет необходимости. Возможно, позднее с тобой и пообщаются по некоторым вопросам, но все самые существенные твои грязные тайны мы выволокли на поверхность. Тебя допрашивают уже несколько дней.
Глаза отца едва заметно расширились. Потом он кивнул.
– Ну да, эти странные сны… Значит, вы в курсе про мои, гм, личные проблемы?
– Да.
Роберт отвернулся.
– Боб, вокруг шляются странные ребята. Плохие ребята. Таинственный Незнакомец, тот, кто заморочил Зульфи Шарифа… он все время прикрывал меня. И я никогда еще не встречал никого, кто бы мной так умело манипулировал. Можешь себе представить, чтобы у тебя на плече все время кто-то сидел и подсказывал тебе, как поступать?
Ева
Боб кивнул. Кролик (имя удалось вытянуть из индо-европейцев) – это, надо думать, нечто новое под солнцем. Кролик скомпрометировал ОНА. Сценарии, построенные УВБ и морпехами, были искажены Кролику на пользу. Индийцам, европейцам и японцам за многое придется ответить, а ведь афера могла остаться незамеченной, не запусти они атаку с отзывом сертификатов против этого субчика. Но как удалось Кролику провернуть подобное? И на что еще он способен?
Вопросы, назойливые вопросы, но с отцом-изменником их обсуждать не следует.
– Пап, мы позаботимся об этом. А тебе нужно смириться с результатами и преодолеть последствия.
– Да. Последствия. – Правая рука Роберта нервно мяла тонкую обивку кресла. – Тюрьма? – Он произнес это слово тихо, почти просительно.
Ева
– Нет, папа, никакой тюрьмы. Официально ты и твои приятели поучаствовали в студенческой демонстрации, которая почему-то вышла из-под контроля. Менее официально… ну мы пустили слух, что вы помогли саботировать террористическую атаку на лаборатории. – Очередное задание для Друзей Приватности, которые всегда рады помочь.
Роберт покачал головой.
– Это Мири придумала – остановить злодеев.
– Да. – Он смерил отца тяжелым взглядом. – В тот вечер была моя смена.
Ева
Но предупреждение не имело смысла: стратегия допросов предусматривала, что Роберт должен узнать часть правды. Единственная проблема – как это сделать, не надавав папочке оплеух.
– Здесь? В Сан-Диего?
Боб кивнул.
– Я дежурил по Юго-Западу континентальных Штатов, но вся заварушка развивалась здесь. В тот вечер моим главаналитиком дежурила Элис. – Он помедлил, стараясь подавить ярость. – Ты не догадывался, что это Элис не позволила мне вышвырнуть тебя из дома?
– Я… – Роберт провел пальцами по всклокоченным волосам. – Она всегда казалась такой отстраненной.
– Пап, ты знаешь, что такое ДП-синдром?
Резкий кивок.
– Да. Карлоса Риверу на китайском заглючило. Он в порядке? – Потом старик вскинул голову, лицо его побелело. – Элис?
– Элис свалилась прямо в разгар ваших похождений. У нас имеются основания подозревать, что…
Ева
Боб продолжил, не моргнув глазом:
– …она все еще заблокирована.
– Боб… Я не хотел причинять ей вреда. Я так отчаялся. Но возможно… возможно, это я подстроил ее… – Он посмотрел Бобу в глаза и отвернулся.