– Ближние инфракрасные лазеры не для них. Они хотят иметь рентгеновские или гамма-лазеры, триллионы цветов на путь и триллионы путей. Сегодня сеть пропарочных туннелей служит не для подачи энергии или тепла. У нее есть ветви, простирающиеся под Торри-Пайнз-роуд до Скриппса и Солка. Я слыхал, что можно срезать путь под океаном, хотя черт знает, зачем там нужны эти туннели. А к востоку можно проникнуть в любую из этих биотехнологических лабораторий.
Неожиданно Роберт понял, почему Таинственного Незнакомца заинтересовала «Кабала стариков». Вслух же он спросил:
– А при чем тут проект «Либрареом», Томми?
– А! Ну, ты знаешь, что Макс Гуэртас нажил состояние па биотехнологиях. Ему принадлежат самые большие лаборатории в Северной Америке – в том числе те, что в нескольких тысячах футов к северу от нас. И ему было легко приспособить свои программы разбора геномов к проекту «Либрареом». О'кей, в общем, он хранит изорванное в подвалах под северной частью кампуса.
– И?
– И он с ними еще не закончил! Измельчение дает ему достаточно изображений, но покрывает не полностью, и ему приходится сканировать и пересканировать места, где на первом проходе были проблемы. Если бы сейчас его не поджимало время, он бы предпочел подождать, пока следующая жертва-библиотека не будет порвана на клочки, и использовал бы этот материал для перекрестной проверки. Но он торопится.
– Хранилище также входит в пропаганду Гуэртаса, – сказал Уинни. – Когда они закончат пересканирование, обрывки будут «надежно сохранены в подвалах „Гуэртас“ для археологов будущих поколений». Кое-кто из наших преподавателей даже на это купился!
– Что ж, – заметил Ривера, – малая толика правды в этом есть. Бумага дольше проживет в жидком азоте, чем на полках библиотеки.
Уинни нетерпеливо отмахнулся.
– Смысл в том, что книги уже уничтожены, и Гуэртас собирается уничтожать их и дальше, если его не остановить. Наш план… – он огляделся вокруг, как будто вдруг понял, что уже стоит на пороге тюрьмы, – …наш план – проникнуть в пропарочные туннели и добраться туда, где Гуэртас хранит обрывки. Томми придумал способ сделать их нечитаемыми.
– Что? Мы протестуем против уничтожения библиотеки, уничтожая ее остатки?
– Только временно! – возразил Томми. – Я нашел потрясающий аэрозольный клей. Обрызгать им обрывки – и получится большой кусок папье-маше. А через несколько месяцев клей просто испаряется.
Ривера согласно кивнул:
– Так что мы не ухудшаем положения. Если бы мы портили то, что осталось от книг, меня бы здесь не было. В схеме Гуэртаса заложена излишняя грубость, попытка схватить все сразу, хотя более медленный подход был бы ничем не хуже. Может быть, нам удастся сбить его с пути, а тем временем старые дигитайзеры, щадящие книги, подтянутся по скорости – и больше не будут уничтожаться библиотеки.
Теперь на его футболке восхвалялась Американская библиотечная ассоциация.
Роберт отклонился назад и притворился, будто размышляет над услышанным.
– Вы говорите, китайцы собираются раздирать Британскую библиотеку?
Ривера вздохнул.
– Да, по музею они тоже пройдутся. Но Европейский Союз ищет повода им помешать. Если мы выставим Гуэртаса в невыгодном свете…
– Понимаю, – сказал Роберт рассудительно. Он старался не смотреть в глаза Уинни – Блаунт уже и так был настроен подозрительно. – О'кей. Планчик кажется хиленьким… но все-же лучше, чем ничего. Считайте, что я записался.
Томми расплылся в ухмылке:
– Ура, Роберт!
А Роберт наконец-то посмотрел на Уинстона Блаунта.
– Остался один вопрос: вам я зачем нужен?
– Лишняя пара рук, – поморщился Блаунт. – Всякие поручения…
Томми закатил глаза.
– Если честно, до твоего появления мы об этом даже мечтать не могли.
– Моего? А что я такого сделал?
– Ха! Ты подумай, о чем идет речь: взломать пропарочные туннели, пройти милю через самую охраняемую на всей Земле лабораторию. Я ручаюсь, что смогу нас туда провести. Но чтобы незамеченными через биолабораторию? Никак. Такое бывает только в сериях «Звездного пути», где «вентиляционные системы» предназначены главным образом для осуществления идиотских заговоров. Мы живем в реальном мире, и здесь охрана тоже знает о существовании туннелей.
– Это все равно не отвечает на мой вопрос.
– Что? А, да. Я к этому подхожу. В общем, когда наша тактика протеста пшикнула, я начал кое-какие поиски. – Томми похлопал по лэптопу. – Группы новостей, чаты, поисковые машины – я все испробовал, вместе с какими-то сумасшедшими штуками, которые больше всего похожи на сетевые тотализаторы. Самое трудное, возможно, было сделать это так, чтобы не встревожить федералов. Это меня сильно задерживало, но в конце концов я получил отличную картинку системы охраны лабораторий. Именно такая, как требуется в критическом для национальной безопасности пункте. Штука серьезная, но громоздкая. Ориентирована на пароль, на характеристики пользователя и в основном автоматизированная. Характеристики – это стандартная биометрия для определенных должностных лиц в версии защиты США. И знаешь, кто оказался поблизости и в списке доступа?
– Мой сын.
– Почти угадал. Твоя невестка. Элис.
– Это смешно. Она эксперт по каким-то азиатским делам. – Когда не является полным психом. Потом Роберт вспомнил свои мысли насчет Таинственного Незнакомца. – Все это как-то слишком удачно.
– И с каких это пор, Роберт, вы стали экспертом по системам охраны? – поинтересовался Уинни.
Надо держать язык за зубами. Они идут именно в ту сторону, куда я хочу!
Но прежнее искусство вербального маневрирования к нему не вернулось, и он выпалил прямолинейно:
– Такую информацию не найти поиском в Гугле. Томми покачал головой, в глазах его читалась жалость.
– Роберт, мир изменился. Сегодня я могу получить ответы такими способами, которые двадцать лет назад были бы просто невозможны. Сто тысяч человек по всему миру помогали мне в этом поиске, такими мелкими дозами, что никто никогда об этом даже не узнает. Самый большой здесь риск – что результаты просто подделаны. Дезинформация в наши дни правит бал. Ложь даже бывает ненамеренной – есть различные группы любителей фантастики, старающиеся подогнать реальность под свою последнюю приключенческую игру. Но если нас обдурили, то это неординарная подделка. Имеются подробности и независимые подтверждения от многих источников.
– О!
Роберт хотел показать, что на него произвело впечатление. На самом деле так оно и было. Незнакомец вполне мог подделать столько деталей.
Разговор шел еще где-то с полчаса, но ничего более конкретного о предательстве, ожидаемом от Роберта, сказано не было. У Томми имелись для них и другие задания: нужны какие-нибудь университетские пароли и поддельные голоса. Входы в пропарочные туннели сейчас погружены в бетон. На уровне земли их нет уже лет пятьдесят, с той поры, как строились конструкции. И еще оставалась проблема с «аэрозольным клеем» Томми.
– Клей? – Томми слегка смутился. – Его пока не существует. Но он почти изобретен.
Томми огласил концепцию гибрида какого-то форума декоративного садоводства с некоторыми видеоконференциями. Общество декоративного садоводства Японии даже сейчас работает вместе с аргентинскими биологами над созданием окончательного варианта аэрозоля. Продукт должен появиться в ближайшие две недели, и первое его представление произойдет на токийской выставке обучения растений. Незадолго до этого литр образца будет передан Томми через ЮПИ/Экспресс. Встретив недоверчивый взгляд Роберта, он сказал:
– Понимаешь, так сегодня выглядит хакерство.
Было уже начало четвертого. Тень библиотеки ложилась на запад, захватывая ближайшие здания. Четверо конспираторов закончили рабочий день.
Томми встал.
– Мы это сделаем! Может быть, нас даже не поймают. Но если и поймают, то что? Вспомним былые времена.
Карлос Ривера поднялся несколько медленнее.
– И мы вроде бы ничему не повредим. Томми приложил палец к губам.