Гу – » Грант: «sm» Заступаю на дежурство, мэм. «/sm»
Они обменялись приветствиями. Время пошло. Взводы в полной готовности и пробудут в таком состоянии четыре часа – не слишком долгое время, но примерно максимальное, в течение которого можно поддерживать готовность без лекарственных средств.
У Боба работа была иная. Он, как овчарка, бегающая вокруг отары, переходил от вопроса к вопросу. Смотрел, где проводят время морпехи и аналитики – частично, чтобы предупреждать узкие места, частично – чтобы обнаруживать дыры внимания. В какой-то момент он глянул через вьюпойнт популярной прессы над УСД. Это… событие собрало кучу демонстрантов, многие присутствовали физически. А статистика сети показывала в дополнение к демонстрации ситуацию возможного флешмоба. Интересно, смотрит ли это Мири.
Мысль о Мири вернула его к текущему моменту. Он снова просмотрел «Отводы». У половины его морпехов были родственники в УСД – это вообще большая проблема при местных наблюдениях. У говорящего на жаргоне было хобби оформления Скучи, где участвовали множество фэнов Бангалора. Если бы у парнишки в эту ночь не было дежурства, он сейчас был бы в кампусе. Но аналитики отследили его время поминутно на четырнадцать месяцев назад. Были кое-какие мелкие нарушения закона, какое-то злоупотребление улучшенными наркотиками, но ничего, что помешало бы выполнению задания.
Боб провел поиск по всему дереву отводов. Сейчас он уже ушел от указателей, вкапываясь глубоко. Отец не появился. Ая был уверен, что он впутается в эту историю с «Либрареомом». Хотя это не было бы серьезным основанием для отвода. Он слишком далеко уносился в сторону – обычная проблема для командиров с достаточной самостоятельностью…
Сю Сянь? Имя смутно знакомо, но не выскочило бы само, если бы его собственная фамилия не фигурировала в том же пункте. Сянь была одной из примерно трехсот тысяч на юго-западе США, кто в данный момент представлял интерес по случаю возни с техникой. Конечно, многое здесь было нелегально, и таких людей можно было сплавлять ФБР; но продуктивнее их просто отслеживать. Большинство из них – безобидные хоббисты или нарушители прав интеллектуальной собственности. А некоторые были руками террористических сект. И еще были гуру-аналитики, стоящие за этими сектами. У Сянь хватило бы сообразительности и образования, чтобы принадлежать к последней категории, но пока самое интересное, что за ней было, это ряд игрушек, ею построенных – просто музей чудаковатой электроники. И еще она была соученицей отца. Эта связь фигурировала как «незначительная».
Но была тут еще и ссылка на дом престарелых «Конец радуг»… Эта тетка – соседка матери! И все это время он волновался, какая у матери скучная может быть жизнь! Ну и компания: сумасшедший ученый, его мать-психиатр, и… это еще что? Целыми неделями мама, эта Сянь и Мири вели самодеятельное наблюдение за дедом. Дюжина догадок сразу пришла на ум, и… Работа, работа, за своей работой следи.
Он решительно отбросил все личные вопросы. Главный вывод из всего этого – вести наблюдения с местным персоналом глупо.
Боб взял еще чашку кофе и сел смотреть виды из УСД и других горячих точек сегодняшней ночи. В современном военном деле потерять сосредоточенность – почти такой же грех, как заснуть на посту. Пора было впахиваться в борозду.
И все же тоненький внутренний голосок изо всех сил пытался отвлечь мыслью: Какого же черта задумали Мири с матерью?
Понедельник, 17:00
Наконец. Закат все еще играл цветами на небе над берегами Ла-Джоллы, когда Роберт заехал на круговую развязку к северу от Варшавски-Холла. Дальше он пошел пешком на восток, к библиотеке Гайзела.
– Готовы к великой ночи, друг мой?
Рядом с Робертом шел Шариф-Незнакомец. Прохожие, кажется, не видели его зеленолицего спутника. Роберт хмуро глянул на Незнакомца:
– Готов увидеть, что вы обещали.
– Не тревожьтесь. Если у нас сегодня выйдет, получите свой причудливый гений обратно полностью, это я вам говорю.
Роберт хмыкнул. Не в первый раз он подумал, насколько сумасшедшим бывает человек, доведенный до отчаяния.
– И не смотрите так потерянно, профессор. Самое трудное вы уже сделали. Сегодня почти все в руках Томми Паркера.
– Томми? Ну-ну…
– Хмыкаете? – Незнакомец улыбнулся шире. – Значит, вы поняли, кто это чудесное «конструкторское бюро» Томми? Бедняга Томми. Он единственный из всех вас, кто думает, что действует свободно. А меня считает одним из лучших своих партнеров. Понимаете, я могу быть очень мил, когда это абсолютно необходимо.
Людей собралось больше, чем видел Роберт в кампусе даже в свои студенческие годы. Впереди, над библиотекой, висел в небе свет, куда ярче, чем закат позади. Глядя вниз с вершин эвкалиптов, Роберт видел толпы на эспланадах к югу и востоку от библиотеки. Кажется, там собралось несколько групп, не смешивавшихся друг с другом.
– А что тут происходит?
Наверное, это отвлекающий маневр, который пообещал Томми: масштаб куда больше, чем в демонстрациях Уинни против «Либрареома».
– Ха! Я запланировал на сегодня экстраординарные празднества возле библиотеки – приглашены почти все, особенно сотрудники «Дженерал Геномикс». Но не вы. Я предлагаю обойти библиотеку кругом.
– Но там же была точка сбора…
– Там уже слишком много народу. Мы пойдем прямо на Пильчнер-Холл. Сюда, прошу.
Незнакомец показал вправо, в темную рощу эвкалиптов…
Тем временем в лабораториях «Дженерал Геномикс»
Шейла Хенсон появилась через полчаса после начала ночной смены.
– Готов, Тим?
Юнх выпрямился за столом и показал на своих маленьких помощников.
– Готовы, босс.
Он шагнул в коридор и пошел по указательным стрелкам Хенсон вверх по лестнице. Она и ее сотрудники уже собрались возле входа с поверхности. Четверо или пятеро недавних выпускников. Остальные – как сам Тимоти Юнх – студенты с программы «учись и работай».
– Уверены, что мы работу не потеряем?
Гейминг кружка верования был очень далеко от работы, но Юнх никогда бы и не подумал о такой авантюре, если бы ее не предложила начальница.
Хенсон засмеялась:
– Я тебе говорила. «Дженерал Геномикс» считает эту борьбу видом служения обществу. А кроме того, она доставляет неприятности «Гуэртас интернейшнл».
Она оглядела всех – всю ночную смену «Дженерал Геномикс», кроме регуломиков. Объяснений Шейлы Тиму хватило. Когда-то, давным-давно, он действительно мечтал работать в «ДженГене». Скольким людям довелось увидеть – лично – оборудование лабораторий, на котором были основаны курсы по их специальности? Но оказалось, что на работе ему главным образом приходится вытаскивать из углов чересчур старательных роботов-уборщиков, которых там заклинило, и таскать неподготовленный груз. Да, иногда случались настоящие задачи, когда надо было консультировать пользователей и помогать им настраивать установки. Но после этого целыми днями надо было создавать автоматику, чтобы ситуация не повторилась. Ни один из членов команды, даже те, кто не был «скуч-э-маутом», не комплексовал по поводу небольшого развлечения сегодня вечером.
– Так, ребята, – сказала Шейла, – я вижу, вы все правильно оформлены.
Каждый вошел в своего персонажа Скучи. Были пофу-лонги и двельбы, и большая шима-пинг – Шейла. Она глянула на Юнха:
– Скуч-э-маутом ты быть не можешь, Тим. Этот образ зарезервирован.
– Но я ими командую! – Тим показал на роботов-помощников, поднявшихся за ним вверх по лестнице.
– Ты их ведешь, Тим. Можешь быть Малым Скуч-э-маутом. – О'кей.
Он сменил форму. Все это был дизайн мирового класса, не виденный до сегодняшнего вечера. Тим очень сомневался, что кто-нибудь из них останется резервированным долгое время, но если Шейла хочет разыгрывать свою веру строго по правилам, он не станет ей ломать круг.
Они выбрались из дверей в вечерние сумерки. В верхушках эвкалиптов все еще виднелись цвета. К югу, через лощину, находилась их цель – большая двойная пирамида, со стеклянными гранями сверху, темная и перевитая лозой внизу. И это был реальный вид, невооруженным глазом! Библиотека Гайзела. По дороге Шейла и ее спутники подстраивали свой вид сверху. Это не было отрепетировано, всё задумывалось как неожиданность для гачекистов, но еще большей неожиданностью это стало для целого мира. Один за другим эвкалипты тихо хлопали и вдруг превращались в калоникционы со светящимися в сумерках листьями.