Прежде чем приступить к делу, Эмиль приложил ухо к двери, ведущей наружу. Тишина. Никто не ходил по лестнице, и, похоже, не охранял цокольный этаж. Впрочем, предосторожность не помешает, и Трост, приоткрыв дверь, выглянул в образовавшуюся щель. Действительно никого. Это обнадёживало, и начальник стражи вернулся к каморке. Дверь новоявленной темницы удерживал запертой тяжёлый засов, не ставший для Эмиля проблемой. Осторожно отодвинув его, он вступил в помещение, и, будь он молодым новобранцем, его бы немедленно стошнило. Каморка слабо освещалась из крохотного оконца в стене, и была совершенно пуста, если не считать пленницы - никакой мебели, или даже соломенной подстилки. Голые стены, потолок, пол, да заметные в слабом освещении кучки испражнений - вот и всё убранство. Сама эльфийка лежала на полу, закутавшись в дырявое тряпьё, но это продолжалось недолго. Едва она осознала, что кто-то вошёл, то тут же всхлипнула, и, постанывая, заползла в угол. Трост заметил, что на шее пленницы висел железный ошейник, от которого тянулась цепь, вбитая в стену. Увидев всю представшую перед ним картину и услышав тихие хриплые всхлипывания дрожащей и в ужасе жмущейся к стене девушки (девушки ли? - она была вдесятеро старше его!), начальник стражи снова засомневался в смысле этой авантюры.
По замыслу шута, Фейниэль должна была помочь им связаться с беженцами, где бы те ни прятались, Но вот сможет ли она? Не случилось ли так, что Инквизиция уже успела выжечь весь разум из этого истерзанного тела?
- Ты... понимаешь меня? Осознаёшь, что я говорю? - шёпотом спросил Трост.
Бегающий взгляд широких от страха глаз уткнулся в него. Эльфийка робко кивнула.
- Тогда, если хочешь на свободу - молчи! - велел Трост. - Я вытащу тебя отсюда. Понимаешь?
Казалось, эльфийка перепугалась ещё больше. Её дыхание участилось, она, дрожа всем телом, прислонилась стене так, будто хотела слиться с ней в единое целое. Когда Эмиль подошёл к ней вплотную, она тихо заплакала. Порывшись в кармане, Трост вытащил связку ключей и отмычек, и, после нескольких попыток, всё же освободил Фейниэль от ошейника.
В этот миг хлопнула дверь. Не та, что была рядом с каморкой, а дальняя, со стороны прислуги. Послышались голоса. По коридору быстро шли две женщины, обсуждая, видимо, торжество. Трост побледнел, представив, как те обнаружат приоткрытую дверь в каморку пленницы, и поднимут вой. Инстинктивно он закрыл рот эльфийки ладонью и замер. Свидетелей побега вообще не должно было быть, и Трост отчаянно молил богов, чтобы служанки ничего не заметили.
- Возьми метлу, да пару тряпок, а я пока за шваброй да ведром... - сказала одна из них совсем рядом.
- Ну уж на что господа богатые да солидные, а как напьются - так свинячут почище гоблинов! - отозвалась та, заходя, по видимому, в соседнюю кладовку.
- Да ладно те брюзжать. - задорно заметила первая. - Чай, за знатью прибираешь, а не за энтой вон вонючкою!
- Ой, не поминай! Сглазишь ещё!... - и тут, выйдя из каморки с уборочным инвентарём, служанка осеклась.
Секунды тишины превратились в часы, если не в годы.
- Агнес, ну чего застыла-то? - донеслось издали.
- Тут... тут... - просипела Агнес.
У Троста внутри всё рухнуло в бездонную тьму. Заметила! Из головы спасителя эльфийки мигом разлетелись все мысли, и всё, что он мог сейчас, это взяться за оружие. Быть может, стоило бы прямо сейчас выскочить и заколоть служанку, но тогда бы пришлось убить и вторую, а их наверняка хватятся быстрее, чем пьяные рыцари решат проведать эльфийку. Или подкуп? Нет, никто не должен был знать о том, что здесь находились посторонние, особенно болтливые женщины. Конечно, первым делом подозрения всё равно падут на прислугу, однако, по словам Жака, если инквизиторы примутся открыто истязать простолюдинов, их репутация будет серьёзно подорвана, а этого монахи старались до сих пор избегать.
Тем временем в помещении раздался недовольный громкий голос ещё одной женщины.
- Вы чего так долго, клуши? - донеслось издалека. - Господа сами за собой не приберут! Живо наверх!
Трост узнал эту женщину. Матушка Тиральда была старшей у служанок, и обладала суровым нравом и тяжёлой рукой. С ней не стоило спорить, и перепуганные женщины тотчас со всех ног помчались прочь из кладовой. Дверь захлопнулась, и Трост возблагодарил небо за посланную удачу. Пока продлится торжество, та служанка успеет намотаться так, что мигом забудет про то, что видела здесь.
Теперь можно было покинуть, наконец, этот смердящий закуток. Трост снял с себя плащ, аккуратно обернул в него пленницу, взял легкое, изувеченное, дрожащее тело на руки, и выбрался из каморки. Заперев деревянную дверь, он осторожно вышел к лестнице, и принялся спускаться вниз, к темнице. Там, за одной из стен, скрывалась длинная сеть подземных коридоров, тянущаяся прочь из замка и объединявшаяся с городской канализацией. В условленном месте, возле одного из коллекторов, Троста уже ждали несколько верных и надёжных ребят-гвардейцев, которым он доверял, как себе.