Раэлкан с мрачным видом прошёлся вдоль главной улицы деревни. Убиты все селяне и никаких догадок, кто мог это сделать. Раны, нанесённые мечом, ни о чём ещё не говорили: мечи могли носить и разбойники, и эльфы, и гоблины... Правда, ни об эльфах, ни о гоблинах в здешних местах Раэлкан не слышал. Да и откуда им взяться в человеческом государстве Зиран?
Он со своей свитой и несколькими воинами держал путь в Гайру, где должна была состояться встреча с королём Ионом. Однако остановка в ближайшей деревеньке, с целью позавтракать, обернулась неожиданным и неприятным открытием. Да, здешние земли - не его вотчина, но Раэлкан был воякой старой закалки, и старался быть к народу как можно ближе, даже имея высокий чин. Некогда из-за моральных принципов и политических взглядов его не приняли в Орден Креста, и сам факт того, что он всё ещё жив, здоров и даже на хорошем счету у короля, был чем-то неординарным. Как и он сам. Простолюдины любили его за прямоту и честность, знать же сторонилась и считала выжившим из ума. Короля, как и его тикванских хозяев, положение Раэлкана, похоже, забавляло. В конце концов, что может сделать старый лев в окружении сотни гиен?
Раэлкан ещё раз взглянул на дело рук таинственных убийц. В памяти всплыли события давних времён, когда он был рыцарем в расцвете сил. Двадцать лет назад в Зиране Инквизицией был обнаружен выводок вампиров. Тикван не пожалел средств на искоренение зла, и обитель чудовищ штурмовала настоящая армия из рыцарей, монахов и местных солдат. Кажется, даже шетримские головорезы явились, чтобы помочь (хотя, скорее, чтобы после бойни помародёрствовать в особняке)... А затем оказалось, что один кровосос выжил. Он долго выслеживал каждого из участвовавших в том штурме, и жестоко с ними расправлялся. По слухам, несколько отрядов в ужасе бежали от него не разбирая дороги, надеясь укрыться в городах, лесах, сёлах - где угодно. Жаждущий крови упырь настигал каждого, попутно в одиночку вырезая встречные населённые пункты. До сих пор в народе ходят легенды о падении зиранского Ригна и эббельдорского Иммелина. Раэлкан знал, что легенды не далеки от истины: он был в опустевшем Ригне, вместе с прочими королевскими рыцарями, и видел собственными глазами город, в котором не осталось ни одного живого человека. Властям так и не удалось убедить всех, что виной резни и пожаров были бунты крестьян и чума. Молва о кровожадном чудовище, получившем имя Ужас Ригна, распространилась по всему континенту. И сейчас, глядя на сваленные в груду останки селян, на их застывшие в ужасе лица, на то, как жестоко изрезаны их тела, он боялся признаться себе в страшной догадке. Всё выглядело в точности, как двадцать лет назад.
- Господин губернатор, - обратился к нему подошедший воин. - Сбор тел окончен. Какие будут дальнейшие указания?
- Скотину вывели?
- Да, вон, в поле пока пасутся... Так... с телами...
Раэлкан вздохнул, взглянул на подчинённого и скомандовал:
- Поджигайте. У нас нет времени на то, чтобы хоронить их, так что сделаем всё по старинке, по-северному. Мало ли, какая тварь это сделала - зараза может пойти... Лучше сжечь. Приступайте.
Огромный костёр взвился над наспех вырытой ямой, где лежали две сотни человек. Призрак прошлого продолжал терзать душу старого воина, наблюдавшего за сожжением. Ригн... Целый город с населением в две тысячи человек обезлюдел за одну ночь. Местное кладбище не смогло бы вместить всех разом, поэтому решено было сложить всех погибших в огромный ров и сжечь. Раэлкан слышал, что с Иммелином вышло проще: Ужас Ригна спалил весь город вместе с жителями. Теперь предстояло решить, что делать дальше. Если зло и впрямь вернулось, необходимо было предупредить ближайшие населённые пункты. В то же время стоило поспешить в Гайру и любыми способами убедить короля поднять войска в боевую готовность и разослать сообщения об опасности по всему Зирану. Раэлкан отверг предположения свиты о разбойниках - его люди, осмотревшие дома, сообщили, что следов грабежа нигде не обнаружено.
Со стороны поля раздался приближающийся топот конских копыт. Раэлкан обернулся и заметил вдалеке силуэт одинокого всадника, приближающийся к его отряду. Все воины, тоже заметившие фигуру на лошади, мгновенно обнажили оружие и встали в боевую позицию. Однако, по мере приближения незнакомца, лица солдат выражали всё большее недоумение. На рыжем коне к месту трагедии скакала какая-то женщина.