Уставший и истерзанный собственными размышлениями, он наконец-то уснул к полудню, проспав до наступления сумерек. Проснувшись и наскоро перекусив оставшимися запасами, Темнозор вышел из конюшни и полной грудью вдохнул бодрящий горный воздух.
Кареты и пожилого слуги нигде не было, и это казалось странным. Да, возница говорил что-то о некоем деле, но уехал-то он ещё на рассвете...
- Может, дорогу сюда потерял? - задумчиво пробормотал оборотень. - Немудрено - когда мы приехали, была ночь, да и каретой правил я. Мда, дела...
Спустившись вниз по ущелью, Темнозор выглянул из-за валунов, оглядывая окрестности. У подножия горы местность была довольно пустынной. Вдоль горной гряды тянулось широкое холмистое поле, лишь вдалеке виднелась лесная полоса, идущая параллельно горам до моря, которое находилось в паре дней пути отсюда, если двигаться налево от ущелья. Кареты же нигде не наблюдалось. В голове оборотня зашевелились нехорошие мысли и предположения, но он отринул их, как несвоевременные, и зашагал обратно к замку. Судьба Мелисенты сейчас занимала его куда больше, нежели исчезновение кареты.
Чёрная каменная громада с остроконечными шпилями встретила его банальной тишиной. Двери по-прежнему невозможно было открыть. Вздохнув, Темнозор сделал несколько шагов назад и с видом матёрого знатока архитектуры (коим он, само собой, не был), воззрился на преграду.
Двери замка располагались в углублении, образующем над ними арку, и, составляя на глаз метров шесть в высоту, к самому верху приобретали заострённую форму. Тот, кто строил здесь своё жилище, явно ожидал в гости какую-нибудь доброжелательную армию с осадными орудиями и тараном, а потому единственный проход внутрь, как и стены, был хорошо укреплён: двери, хоть и состояли из толстых деревянных досок, для пущей надёжности были обиты железом сверху донизу. Чёрные, покрытые грязью железные скобы и «защита» составляли витиеватые узоры - слишком массивные, чтобы их можно было выломать или выбить, но недостаточно объёмные, чтобы по ним мог вскарабкаться человек. Хмыкнув, Темнозор направился к конюшне.
Темнело быстро, и буквально за несколько минут горы погрузились в кромешную мглу. Из конюшни вышел огромный полуволк, сжимающий в правой лапе секиру под стать своим размерам. Смерив взглядом замок от основания до верхних шпилей, чудовище ухватило пастью рукоять оружия, и принялось всеми четырьмя конечностями карабкаться по воротам наверх. Прочные когти легко цеплялись за скобы и узорчатые листы железа, и вскоре оборотень уже аккуратно перелезал через арку замка, продолжая путь по неровным и шершавым каменным стенам.
Добравшись до первого ряда окон, он попробовал открыть железные ставни. То ли их заперли изнутри, то ли проржавевшие петли заклинило, но проникнуть внутрь не удалось. Что ж, стоило попытать удачи выше.
Когти вновь заскребли по стенам, ища опору и удобные выступы. Местами приходилось тяжело, так как сырая от прошедшего ночью дождя скала была скользкой. Ветер завывал и ощутимо трепал шерсть, мешая продвижению. Вдалеке на западе громыхнуло.
«Только грозы мне и не хватало...» - мысленно вздохнул Темнозор, вцепившись в стальную оконную раму и, после бесплодных попыток открыть ставни, приложил к окну ухо.
Этот этаж тоже безмолвствовал. Однако вместе с надвигающейся бурей пришла и хорошая новость: едва заметный аромат используемых Мелисентой благовоний на секунду достиг волчьего носа. Запах принёс порыв ветра, спустившийся сверху, так что воодушевлённый этим фактом громадный ликантроп продолжил своё восхождение.
На этот раз, пусть и при усилившемся ветре, всё прошло куда легче: следющий этаж являл собой длинную балюстраду, и пробравшись сюда, оборотень немного передохнул. По краям балюстрады располагались двери, одну из которых не составило труда открыть.
Едва Темнозор очутился внутри, как до его ушей донеслись какие-то едва слышные звуки. Теперь у него было целых два ориентира, вот только беда - почти ничего не видно, даже обладая недурным ночным зрением. Ещё вчера, гуляя по замку с вампиршей, оборотень заметил, что все окна здесь плотно закрыты тяжёлыми, не пропускающими свет снаружи, шторами. Тогда он разжился факелом. Сейчас же, не желая привлекать к себе внимания, он решил продвигаться как можно осторожней и наощупь. К тому же, приближающаяся гроза могла сыграть на руку - грохот грома немного заглушит его шаги.