Полуэльф продолжал молча стоять перед ним.
- Значит, пришёл забрать обещанное? - Ульфара раздражала эта тишина. - Зачем тогда устраиваешь балаган на улицах?
- Его устроили твои скоморохи. - донёсся неприятный хрипловатый голос. - Им донесли, что я интересуюсь, где тебя найти. Один из них мне особенно докучал.
На стол перед Ульфаром упал отрезанный окровавленный нос, большой, бугристый и сломанный. Такой действительно был у его карателя, прозванного Мясником.
- Я нашёл его в своих делах. - бесстрастно бросил полукровка.
- Понты резать ты мастак, я смотрю... Ты убил его?
- Не всё ли равно?
Ульфару ужасно хотелось размазать по полу этого самодовольного урода, в котором бесило всё: его тон, его голос, его вид, его поведение... Полуэльф выглядел довольно жутко, но для повидавшего всякое Ульфара он не отличался от большинства жителей Шетрима. И это тоже бесило, потому что данного выродка действительно стоило опасаться.
- Вышли отсюда. - велел Ульфар своим головорезам.
Те удивлённо кивнули и покинули комнату. Проводив их взглядом, Ульфар снова воззрился на гостя.
- Ладно, я помню уговор. - процедил он. - Я помню и тебя, и что ты для меня сделал. Что, моё время вышло?
- Это не мне решать.
- А кому? Я, может, чего не понял? Так ты поясни тогда. Уговор был какой? Ты дал мне то, чего я хотел, так? Взамен потребовал отдать этот вонючий город, когда придёт срок. Власть тут меняется только одним способом.
- Власть меня не интересует. Когда я сказал отдать мне город, я имел в виду...
- Твою мать!!! - рявкнул Ульфар, догадавшись. - Ты... ты... ты чё, серьёзно?
- От тебя требуется лишь одно. - продолжил гость. - Запоминай: ты должен собрать всех полукровок и нелюдей города в одном месте. Затем вывести их за городские стены и увести на окраину. На юго-востоке, в полудне пути, я освободил вам посёлок. Когда вы все выйдете, запрёшь ворота снаружи. Проследи, чтобы все выходы из города были также надёжно закрыты. Не должно быть ни одной возможности ускользнуть отсюда.
- Как я тебе ворота снаружи запру? - буркнул полуорк. - Засов на них приделаю?
- Это не моя проблема.
- Пиндец... И сколько у меня сроку?
- Несколько дней. Мне важно, чтобы всё было в точности, как я сейчас сказал. - полукровка развернулся и направился к двери. - Никто не должен узнать обо всём, что здесь было сказано. Иначе... Полагаю, ты ещё помнишь своего предшественника.
Ульфар помнил. Сложно забыть, как твой бывший хозяин, с которого заживо содрали кожу, болтался на мясницком крюке на городской площади. Сложно забыть, каким чудовищным пыткам тот подвергался в течение целого месяца до этой казни. И уж точно невозможно забыть, что он сам, Ульфар Костолом, был соучастником всего того кошмара.
Они въехали в город перед закатом. Раэлкан охотно бы миновал это грязное бандитское гнездо, но ему необходимо было заручиться поддержкой профессиональных головорезов. Он не доверял Ордену Креста и методам рыцарей даже больше, чем местным проходимцам. Ужас Ригна необходимо остановить как можно скорее, и для этого сгодятся даже наёмные убийцы с дурной репутацией. По крайней мере, душегубы с самых низов общества знают цену жизни, и дерутся подчас втрое отчаянней и эффективней, чем закованные в латы сынки благородных домов.
Связанная девчонка понуро сидела на своей лошади, не проронив ни слова в течение всего пути. С одной стороны, Раэлкан почти жалел её, ведь она была ещё молода, и, сказать по правде, помогла крестьянам. С другой же стороны старый вояка негодовал от дерзости Лилианы: в Зиране царил абсолютный патриархат с жёстким сводом правил для женщин. И то, что творила охотница, было неслыханным преступлением. Пройдись она голой по улицам Нишара - её вина была бы меньше. Но заниматься мужской работой, разодевшись в мужскую же одежду, да ещё и перечить мужчине - это было святотатство сродни ведовству. Хуже того, в поведении этой девчонки он усмотрел знакомые нотки строптивости собственной младшей дочери. Той едва исполнилось пятнадцать, и она вздумала отказываться от свадьбы, да ещё и заявила, что сбежит из дома.
«Вот поэтому-то,» - думал губернатор. - «и нужно держать женщин в кротости и повиновении. Чуть дашь волю - и эти дуры натворят таких дел, что даже Ужас Ригна покажется младенцем рядом с ними... Вернусь, и отдам её в пансион при Инквизиции на годик-другой. Уж там-то из неё всю дурь выведут.»
Особняк Грима, шетримского бургомистра, практически ничем не отличался от прочих грязных и обшарпанных домов Шетрима. Впрочем, при том количестве хлипких лачуг и самодельных хибар, подобные дома выглядели всамделишными дворцами. Хозяин города встречал Раэлкана и его свиту возле своей ограды, изо всех сил изображая радушие и любезность. Приезд губернатора стал полной неожиданностью, и никто не успел к нему подготовиться, даже бургомистр.