- ...но мы, по крайней мере, попытались. - говорил он, вымученно улыбаясь. - Я знаю, что этим мы едва не погубили себя, но те ростки, что удалось посадить... Дэмиан, их можно вернуть, их можно освободить. Но теперь я чувствую угрозу для всех в этом городе.
- Угроза, в первую очередь, нависла над нами, друг. - вздохнул второй. - Ты говорил, что мы должны спасти город, но вместо этого мы совершенно дурацким образом попались. Инквизиция не поверит тебе. А мне и подавно. Пока мы сидим здесь, то зло, что ты почувствовал, может успеть натворить бед.
- Я понимаю... Но смотреть на всё это... Смотреть не только глазами... Как эти создания страдают, как они загоняют сами себя в лапы гнева и ненависти...
- Они делают это уже неосознанно. Многие поколения. Они ненавидят всех вокруг себя, и даже себя самих. Но гораздо сильней они возненавидят того, кто пожалеет их и проявит доброту.
В словах этих двоих был смысл, но Габриэль достаточно наслушалась подобного от целой кучи всевозможных проповедников и просто больных на голову людей. Что ж, теперь всё стало ясно - какими бы странными эти узники ни были, они являлись всего-навсего очередными культистами, отколовшимися от церкви Всевышнего.
Переключив внимание с двух полоумных заключённых на себя, охотница приуныла. Положение было незавидным. Сварливый хрыч, похоже, вознамерился выдать её Инквизиции. А монахам будет плевать, кто она и откуда.
Габриэль не первый год появлялась в Зиране, но всегда вела себя осторожно, не задерживаясь подолгу. Здесь постоянно можно было найти клиентов, благодаря размерам королевства. Во Флерии платили больше, но и промысел был невелик. В Зиране же то и дело обнаруживались всякие оборотни, кокатриксы и порождения магии. Инквизиторы в этом плане работали только на богатеев, игнорируя мольбы селян, заговаривая им зубы пустыми проповедями в духе «молитесь Всевышнему, и зло отступит». Как же, отступит... Она своими глазами видела, как трёхметровый нетопырь с явным наслаждением сожрал предварительно обезоруженного монаха, который перед смертью истово молился. Обстоятельства сложились как нельзя удачно в тот вечер: инквизитор заглянул в одно село с проповедью, крестьяне пожаловались на громадную тварь, задирающую скот, а тварь как раз вышла из укрытия с намерением откушать. Сама же охотница проезжала мимо, и успешно провела работу над ошибками слуги Всевышнего.
Однако, помогая простолюдинам, она помешала их господам, а заодно и оказала услугу разбойникам. Знати было выгодно держать подданных в страхе. Достаточно было заявить, что только благодаря местному дворянину чудища до сих пор не сожрали всех в сёлах, чтобы поддерживать свой престиж в глазах крестьян и повышать налоги из года в год. Разбойники же с радостью наведывались в деревни, узнав, что опасная тварь больше не сожрёт их, выскочив из леса. И Габриэль всё чаще стала получать заказы не на чудовищ, а на шайки головорезов. Это, в итоге, привело её к конфликту с Ульфаром Костоломом. К счастью, девушке всякий раз удавалось улизнуть от агентов короля зиранской преступности. А заметать следы она умела.
Как же глупо она попалась... Охота на гоблинов и возня с ними вымотали её, и она потеряла бдительность. Всё же стоило не торопиться, а потратить несколько часов на сон. Но чего уж теперь? Вполне вероятно, что скоро она уснёт уже навечно. Девушка села на пол, опершись спиной о стену, и постаралась успокоить расшатанные нервы. В конце концов, усталость взяла своё, и Габриэль провалилась в царство снов.