- Всаживаю стрелу с двух дюжин шагов в глаз нетопырю-кровожаду. - фыркнула охотница. - На моём счету столько чудищ, сколько у всей твоей оравы пальцев не наберётся! Иные из моих жертв одним махом уменьшили бы твой отряд вполовину. Чисто из интереса я послушаю тебя дальше. Итак, кого же ты боишься?
- Тебе знакома легенда об Ужасе Ригна? - после продолжительного молчания поинтересовался Раэлкан.
- Она любому знакома. И я в неё даже наполовину верю. При том, что мне доводилось повидать по своему ремеслу, это не кажется чем-то удивительным.
- Скоро тебе предстоит с ним встретиться. Вы двое должны будете убить его. Голова Ужаса Ригна взамен на вашу свободу. Что скажешь?
- Эй, какая голова? - насмешливо бросила девушка. - Упырей либо добывают целиком, либо в виде пепла. Так что нам предстоит выследить, поймать, и притащить ваше горе луковое живьём пред твои очи! Если его вообще удастся изловить.
- Он в городе. И мы собираемся устроить для него маленькое представление. Так каков твой ответ?
- Уболтал. - немного помолчав, вздохнула охотница. - План есть?
- Для тебя, как и для него, - Раэлкан указал на Дэмиана, делающего вид, что любуется городом. - регулярные тренировки. Приведи себя в порядок, помойся и поешь. С завтрашнего утра начнёшь тренироваться. Тебе вернут оружие, но даже не думай им воспользоваться, чтобы сбежать. Этот полуорк Костолом позаботился, чтобы любые ваши фокусы пресекались на корню. Ты должна быть полна сил, а твоё тело - готовым к бою. От истощённой в каземате или убитой при побеге девки мне никакого проку. Всё остальное вам расскажут, когда придёт срок.
С этими словами губернатор покинул комнату.
- Придурок. - Габриэль устало опустилась на кровать. - Я что, похожа на ораву латников?
- Не будь к нему столь строга. - заметил проходящий мимо Дэмиан. - Он не так безнадёжен, как может показаться. Возможно, однажды тебе потребуется его помощь. Как знать...
В тренировках прошли два дня. На закате третьего, Ульфар во главе вереницы полукровок покинул город. Раэлкан и множество местных головорезов под его командованием рассредоточились по центральной площади и её окрестностям. На самой площади собралась огромная толпа, половина которой была переодетыми людьми Ульфара. Их оружие скрывали длинные плащи, и издали никто бы не обнаружил подвоха. Все эти люди понуро стояли перед помостом, на котором готовились к своей речи Тадиэль и Дэмиан. Возле них находились трое инквизиторов, отправленных местным священником присматривать за еретиками.
Габриэль стояла в первом ряду перед помостом. Её одолевали беспокойство и неприязнь к столпившимся возле неё бандюганам. Эти дни она целиком посвятила подготовке к бою, лишь бы только поменьше общаться с кем бы то ни было. Раэлкан уговорил Ульфара предоставить пленникам оружейную, и девушка была приятно удивлена разнообразием оной. Однако всё, что ей было нужно - её собственное вооружение да запасной колчан со стрелами. Дэмиан лишь попросил вернуть его меч, а Тадиэль... С ним и так было всё ясно - это существо, кем бы оно ни было, выглядело совершенно бесполезным в надвигающейся бойне.
Едва последний солнечный луч скрылся за городскими стенами и на улицах зажгли факелы, представление для чудовища началось. Тадиэль приятным мелодичным голосом обратился к присутствующим, предлагая вспомнить самые светлые и радостные мгновения их жизни. Он рассказывал об изначальной чистоте человеческого сознания, которую можно каким-то образом вернуть. Кислые рожи стоящих рядом с Габриэль воров, грабителей и убийц говорили лишь о том, как им глубоко положить на собственную чистоту. Это продолжалось несколько долгих мучительных минут.
И в этот миг чудовище, наконец, возвестило о своём присутствии. Ужас Ригна начал действовать, но вовсе не там, где его ждали. Вместо этого резня началась на юге города. Подручный Ульфара добрался до Раэлкана слишком поздно - когда по улицам хлынул поток паникующих людей.
Губернатор, вскочив на лошадь, скомандовал части замаскированных убийц с площади следовать за ним. Туда же двинулись и охранники Раэлкана. Инквизиторы тем временем пытались зазвать бегущих горожан в специально освобождённые по такому случаю здания на площади, или перенаправить поток простолюдинов в сторону местного храма, где предполагалось переждать битву на улицах. Ожидалось, что в трактирах и продуктовых лавках с новыми железными дверьми и укреплёнными окнами и крышами, народ останется в безопасности. Но всё стало только хуже.