Если шетримцу грозит смертельная опасность, он всё равно попытается напоследок разжиться каким-нибудь добром. Местные инквизиторы не стали исключением, начав пускать людей в укрытия только за плату, а внутри уже сами горожане хватали всё, что плохо лежало. В суматохе никто не заметил дыма, а когда люди всё же обратили на это внимание, один из домов уже горел.
- Они совсем чокнулись. - проворчала Габриэль, забираясь на помост к проповедникам и накладывая стрелу на тетиву лука. - Пожара нам только не хватало. Что за идиоты...
- В этом нет их вины. - горбун указал на крышу горящего здания.
Там, в свете пламени, стояла чёрная фигура с обнажённым мечом. Спрыгнув с крыши и легко приземлившись, незнакомец запер и заблокировал выход из убежища снаружи. Убедившись, что из горящего здания нет спасения, злодей переключил своё внимание на людей вокруг себя. Он стремительно вклинился в толпу, рубя всех, кто попадался ему на пути. Сомнений не оставалось - это и был Ужас Ригна.
- Я думала, он выглядит... Ну, повнушительней. - задумчиво протянула Габриэль, натягивая тетиву лука.
- Сколько злобы, сколько ненависти в нём... - сокрушённо выдохнул Тадиэль. - Он сам не ведает, чем стал. Кто нибудь! Несите воды, потушите пламя!
Однако его уже никто не слышал. Народ на площади превратился в безумное стадо, старающееся спрятаться, но лишь толкающееся в общей давке.
- Габриэль, помоги мне стрелами. - обратился к охотнице Дэмиан, после чего спрыгнул с помоста и принялся пробиваться через толпу к продолжавшему бушевать существу.
Охотница выпустила в вампира уже две стрелы, но тому всякий раз удавалось уклониться от выстрелов. Он убивал людей с невероятной скоростью. Число трупов росло так быстро, что можно было и впрямь поверить в легенду о гибели целых городов от руки всего одного мертвеца. В какой-то момент на него набросились сразу семеро головорезов. Один из них накинул на вампира сеть, но через пару мгновений чудовище уже вновь было свободно, а всего несколько ударов сердца спустя вокруг него лежало семеро искромсанных тел. Вампир на секунду остановился, схватил за руку пробегавшего мимо человека, и, нанеся тяжёлую рану, припал к ней.
От пиршества вампира отвлёк громкий свист, перекрывший какофонию звуков вокруг.
- Эй, ты! - крикнул Дэмиан, подобравшись к вампиру. - Хочешь и дальше творить зло? Сперва сразись со мной!
Чудовище лениво взглянуло на наглеца, явив Дэмиану свой лик во всполохах пожара. Бледное, изуродованное лицо с длинным багровым шрамом, пересекавшим левый глаз, заострённые уши, ледяной взгляд, перепачканный кровью рот... Отвратительное зрелице.
Отступник рванулся навстречу убийце. Тот взмахнул мечом с такой силой и скоростью, что любой бы на месте Дэмиана уже валялся на земле, разрубленный пополам. Однако бывший инквизитор не только отразил удар, но и столь же быстро нанёс свой. В тёмных глазах чудовища проскользнуло удивление, но лишь на доли секунды. Мечи с лязгом встретились. Противники закружились по опустевшему участку площади, размахивая клинками с невообразимой для простых смертных скоростью.
Суматоха и крики вокруг пропали для Дэмиана - он полностью сосредоточился на вампире. Порой всё же приходилось отвлекаться, чтобы уклониться от летящих стрел Габриэль, которая тщетно пыталась попасть в шустрого кровососа. Бой шёл ровно. Это тревожило. Вампир будто прощупывал мастерство своего соперника, постепенно усложняя атаки и то сбавляя, то вновь увеличивая темп. Он позволял Дэмиану нападать, но лишь затем, чтобы впоследствии обрушить на него град собственных атак. И, чем дольше они сражались, тем заметней было недовольство врага. Ужас Ригна терял время. Скоро мог вернуться Раэлкан с подмогой. Однако пока что никто, кроме охотницы на чудовищ, не смел встрять в их дуэль. Становилось всё жарче, и Дэмиан, наконец, заметил, что вампир теснит его к пылающему зданию. Огонь так никто и не затушил, и пожар перебрался на соседние дома. Вопли замурованных внутри людей были ужасны и это отвлекало.
Охотница на чудовищ начала нервничать. Запас стрел истощался, но ни одна из выпущенных ею не попала в цель. Вдобавок, она чуть не прошила ими Дэмиана несколько раз. Охранявшие их монахи давно ретировались, прикинув, что собственная жизнь важнее спасения города. На площади всё ещё было довольно оживлённо, хотя давка и паническое бегство по большей части перебрались на другие улицы.
- Ты действительно ничем не можешь помочь? - раздражённо спросила Габриэль стоящего рядом горбуна. - Не знаю, может, ты колдун какой?