- Это уже не твоё дело. Ты лишь прикрываешься прошлым, что связывало нас. Но прошлое следует отсечь, чтобы следовать вперёд. Ты остался там, в прошлом. Время изменилось, теперь ты - просто выживший из ума старик, уверенный в том, что он лучше других знает, что делать. Но этот старик лишь портит всё вокруг себя.
- Портит?! - вскипел Раэлкан. - По-твоему, нужно позволить Ужасу Ригна продолжать свою резню? Пускай он сжигает города и убивает невинных, так? Да, я немолод уже, но мне хватило силёнок сразиться с этим чудовищем и остаться в живых! Мой отряд заплатил за встречу с ним жизнями, а я - лишь глазом и подвижностью ноги! Те, кому ты служишь, едва не казнили ангела! И, если верить Дэмиану, они и до этого такие делишки проворачивали. Это твой идеал?! Армия безумных монахов, поднимающих руку на самих посланцев Света?! А ты стоишь тут и изображаешь покорного сломленного истукана, который пришёл убить меня из страха снова оказаться запертым в башне?! Слушай меня, Нотус, если в тебе есть хоть капля здравомыслия, ты выпустишь меня и моих спутников, и присоединишься к нам в борьбе за правду! Мы покинем этот город вместе, слышишь? Прекращай этот балаган, и...
Губернатор остановился, захрипев. Он опустил взгляд вниз, и увидел торчащий из груди меч Нотуса. Раэлкан поднял было руку, хотел что-то сказать, но лишь харкнул кровью, захрипел, взгляд его затуманился... Когда рыцарь выдернул оружие из его тела, Раэлкан уже не подавал признаков жизни. Тело со стуком упало на деревянный пол.
Следом за окровавленным трупом на пол с грохотом опустился и сам рыцарь. Меч выскользнул из рук Нотуса, на чёрством лице появилось выражение отчаяния и обиды. Губы предательски дрогнули, и из глаз по щекам побежали две тонкие слезинки.
- Я... Я пуст. - прохрипел он, тщетно стараясь успокоиться с помощью молитвы. - Тело моё - оружие Священной Инквизиции и Всевышнего. Нет во мне... ни страха, ни сомнений, ни сожалений, ни... сочувствия к врагам. Вера - исток сил моих, боль - поводырь мой, в горниле их я становлюсь сильнее...
Не завершив молитву, Нотус услышал позади сдавленный вздох. Он резко обернулся в тот самый момент, когда Дэмиан отстранил поражённую развернувшейся картиной Габриэль, и захлопнул тяжёлую дверь, заперев келью на засов, а затем и на ключ.
- Долго она не продержится. - торопливо заметил еретик, слушая грозный рык барона и тяжёлые удары в дверь. - Бежим!
Из досок выскочило лезвие меча, а Нотус, понимая, что добыча ускользает, взревел ещё громче, и принялся кромсать деревянную преграду изо всех сил.
Выбежав на улицу, они почти мгновенно оказались в настоящем кошмаре. Вокруг метались люди, всюду царила паника, кое-где лежали трупы, некоторые горожане падали прямо на мостовую, заходясь в непрекращающемся кашле. Отовсюду доносились крики и грохот. Мимо беглецов проскакал, что-то крича, рыцарь. Но самым жутким во всей этой безумной какофонии было то, что никто, похоже, не понимал, в чём дело и что на самом деле происходит. Неизвестность - вот чего боится любой человек больше всего на свете. И теперь этим древним извечным страхом был охвачен весь город.
Дэмиан держал охотницу за руку, и старался выбирать наименее людные улицы. Но сейчас Гайра превратилась в подобие разворошённого муравейника: даже переулки кишели обезумевшими кричащими людьми.
Габриэль бежала рядом с Дэмианом, и, оглядываясь по сторонам, готова была сама удариться в панику, или спрятаться куда-нибудь в тёмное и безопасное место. Душераздирающие крики давили на нервы, мельтешение тел вокруг нагнетало тревогу. Теперь город представлялся ей зловещим, пугающим, будто бы ощетинившимся своими высокими шпилями крыш. Несколько раз она видела снующих в толпе инквизиторов, которые, похоже, были растеряны, и, также как и она, не могли понять, в чём дело, где враг и как справиться с такой напастью. Их попытки успокоить людей или выяснить, в чём причина паники, выглядели жалко. Ко всеобщему гвалту добавился звон колокола вдали. Вряд ли это мог быть Нотус, но у Габриэль по спине пробежали мурашки при мысли о том, насколько опасен сейчас может быть этот человек. Она подозревала, что, вырвавшись на свободу, рыцарь стремглав бросится к Галааду, дабы оповестить того о своём провале. Проблема заключалась именно в этом, ведь они с Дэмианом тоже держали путь мимо дворца бургомистра, надеясь прибиться к королевскому кортежу. Похоже, теперь только королю с его свитой и охраной удастся покинуть город беспрепятственно.