- Не хочешь ли ты убедить меня, что я герой одного из этих твоих пыльных фолиантов?
- Дурья твоя башка. Начал как философ, а закончил как деревенщина неотёсанная.
- Ну, на самом деле, я думал о твоих сисеньках, радость моя.
- Всю атмосферу испортил...
- Но ведь на них же невозможно не любоваться. Эх, вот в такие моменты я и правда счастлив.
Снег накрыл Пригорье мягким белоснежным одеялом, а солнце едва светило за серой пеленой нескончаемых туч. Всё затихло, замерло в объятиях морозной зимы. И как раз за это Темнозор не любил данное время года - все проваливались в сон, кругом стоит тишина, а куда ни глянь - белая равнина. Даже его любимые забавы - напугать вечерком окрестных обитателей - сходили на нет. Вялые, унылые простолюдины подчас и вовсе его не замечали. Даже молодые люди и девушки были не так чутки к его проделкам, а детей пугать - последнее дело для оборотня: эти сами чего хочешь навыдумывают.
Как тот сын пастуха на северной окраине Пригорья - всего раз по дурости Темнозор в волчьем обличье наткнулся на него со стадом... Тот орал потом так, что полсела сбежалось. Темнозор был тогда ещё не слишком опытен, и пытался заткнуть сорванца, обернувшись в человека. Глупо вышло. Деревенский паренёк был малость туповат - что, впрочем, не редкость в сельской местности - но хорошо запомнил оборотня, жившего в ту пору неподалёку от леса в шалаше. Всякий раз, как тот собирался в село за чем-нибудь, у мальца при виде его будто крышу срывало, и он начинал орать на всё поле визгливым мерзким голосиной. Крестьян это тоже бесило, но, как говорится, яблоко от яблони - факты связать воедино у них не выходило, что позволяло Темнозору проживать на прежнем месте ещё некоторое время. В конце концов, у местных выработался иммунитет к истеричным воплям малолетнего придурка, а вот темнозорово терпение в один прекрасный день лопнуло.
Похороны загрызенного горлопана отмечали как свадьбу. Но и тут не обошлось без конфуза: приглашённый на пирушку Темнозор оказался крайне восприимчив к местной настойке, его быстро развезло, в общем кутеже он сполз под стол, там обернулся в волка и принялся спьяну выть. Что было после, он помнил с трудом. В обрывках воспоминаний мельтешили перепуганные бабы, он, по-прежнему в облике волка, бежал по улице, а за ним гнался какой-то старый, но здоровенный пёс, который, кажется, не столько гнал чужака прочь, сколько принял того за привлекательную суку. К счастью, дальше деревенского плетня пёс бежать не стал, а оборотень наутро завидовал вчерашнему герою торжества, страдая чудовищным похмельем.
Именно подобным воспоминаниям о былом и предавался Темнозор от нечего делать последнее время. Воистину, ему было чудовищно скучно, и лишь Мелисента скрашивала своими визитами его унылые будни. Только из-за неё он торчал в этой тухлой деревеньке. Графиня и сама временами замечала, что не прочь пуститься с ним в какое-нибудь путешествие, но всё упиралось в обучение у старших сородичей в замке. По её словам, она слишком зависела от смены дня и ночи и недостаточно поднаторела в необходимых знаниях своей сущности.
Этим зимним вечером, когда оборотень, расположившись в кресле возле печки, уныло выстругивал какую-то жуть из деревянного чурбачка, вампирша явилась вновь. Молча пройдя к Темнозору, она села ему на колени и прильнула к его груди так, будто страшно устала.
- Вот так номер! Ну, здравствуй. - оборотень обнял Мелисенту, но, заметив её полный печали взгляд, насторожился. - Тааак, что случилось?
- Для начала успокойся и не бесись. - не сразу ответила она. - До нас дошли слухи, что из Тиквана сюда снова движется отряд. Не такой, как прежде - десятков пять рыцарей и пара-тройка дюжин монахов.
- Кардинала среди них нет? - буркнул оборотень.
- Не смешно. На сей раз это не какое-то там баловство древнего маразматика. Они как-то узнали о нас. Или скоро узнают. И тогда скрываться в замке станет невозможно. Глава клана принял решение. Мы покидаем Пригорье и перебираемся в другое место.
- Что? - опешил Темнозор. - Я... Не, пойми правильно, это... хм, ну, странно. Почему твои покровители испугались отряда, чуть большего, чем предыдущий?
- Любому кретину станет ясно, что тут не всё гладко, если возле гор исчезнет и второй отряд,. Тролли на местных особо не нападают - им и в горах хорошо. Но если даже подумают на них, Инквизиция не остановится перед тем, чтобы изрядно с ними повоевать, мы оба это знаем. Поднимется серьёзная буча, и наше убежище рано или поздно раскроют. А раз так, то с глупых громадин все переключатся на нас, и средств на наше истребление не пожалеет никто. В любом случае - это убежище на ближайшие десятилетия перестало быть безопасным.