- Здесь топь, я ж говорил, что нехрен сюда лезть! - заворчал предводитель гвардейцев.
- Меня кочки выдержат. - ответил Мордрауг. - Обходите болото по краю леса. Встретимся у тех высоких деревьев. - указал он вдаль.
- Ишь, ельфы... - буркнул кто-то из людей, глядя на то, как их спутник легко двинулся вперёд.
Наломав веток с ближайших деревьев, гвардейцы соорудили себе импровизированные посохи для прохода по болотистой местности, и направились в обход.
Болото, казалось, никогда не кончится. Кочки встречались часто, но были очень уж мягкими и часто уходили под воду, несмотря на то, что по ним шёл вампир. Как ни странно, кикимор и прочих болотных тварей Мордрауг не заметил, хотя здешние места были бы для них раем. Зато он обратил внимание на кое-что другое.
Деревья, которые он указал ориентиром для встречи. Поначалу можно было подумать, что они находятся довольно близко, но по мере приближения стало ясно: расстояние до них приличное, а сами деревья неестественно огромны - такая оптическая иллюзия поначалу сбивала с толку. Там, где заканчивалось болото, виднелись тёмные стволы, но даже для зоркого глаза вампира укрывалось то, что было за ними: лишь темнота, и ничего более. Кроны самых дальних, насколько можно было разглядеть, деревьев, уходили высоко в тучи, практически не пропуская света. Лес был странным не только своими размерами, но и тишиной. Птицы почти не пели, а зверья Мордрауг не видел ни разу за те часы, что шёл мимо болота.
Наконец, топи кончились, уступив место твёрдой земле и кустарникам. Деревья здесь были обычными, и даже птицы стали попадаться на глаза чаще. Но нет худа без добра - небо, и без того чёрное от туч, потемнело, будто наступили сумерки. Громыхнуло, сверкнула молния, и полил сильный дождь, накрыв всё видимое пространство почти непроглядной стеной воды. Отряд сразу промок до нитки, и Мордрауг решил переждать ливень ближе к тем многометровым великанам вдали, разбив стоянку под разлапистыми лиственницами с необычно толстыми, подобными дубу, стволами. Деревья там росли густо, лес казался бескрайним, и лучшего укрытия от дождя в округе невозможно было отыскать.
Однако гвардейцы идею своего спутника не одобрили, почему-то испытывая сильный страх по отношению именно к тем дальним высоким деревьям.
- Ты чужак, потому и не знаешь, что этот лес проклят. Ходить туда - всё равно, что под гильотину лечь. - заявил командир.
- Я не собираюсь идти вглубь леса. Мы переждём ливень, укрывшись под ветвями. Если что-то окажется поблизости - я предупрежу. - ответил вампир, и зашагал вперёд.
Он был прав - сейчас все его чувства были обострены из-за долгого голодания, а тело испытывало усталость и слабость - вполне закономерно при бодрствовании днём. При этих факторах подавлять желание наброситься на такую близкую добычу было делом нелёгким, но именно так можно было легко обнаружить кого-либо, оказавшегося поблизости от их отряда, а также быстро отыскать укрытие разбойников.
Добравшись до места, где обычный лес заканчивался, превращаясь в непроходимый бурелом, не позволяющий приблизиться к деревьям-великанам, вампир счёл это место достаточно сухим для остановки. И хотя лес здесь оказался, по большей части, сухим, костёр решили не разводить, опасаясь быть обнаруженными разбойниками. Гвардейцы развесили на ветках плащи, надеясь, что те хоть немного просохнут, и, достав из котомок еду, уселись ужинать. Мордрауг сел поодаль, изображая внимательное дежурство за территорией.
Как он помнил из инструктажа гвардейцев, двигаться надо было вдоль болота, после чего пройти ещё версты две на северо-запад, чтобы обнаружить дорогу, ведущую в село откуда-то с юга. По прикидкам вампира, он прошёл уже достаточное расстояние, отклонившись чуть севернее из-за обхода болота людьми и углубления в этот густой лес, однако село должно быть уже совсем рядом.
Ливень ухудшил видимость, но кое-что всё же можно было ощутить. Голодание и здесь весьма помогло в этом плане - Мордрауг почувствовал вдалеке слабую пульсацию нескольких сердец. Тихое сердцебиение нескольких ближних к лесу людей - ровное, спокойное... Возможно, разбойники. А может быть и селяне. Хотелось напиться тёплой человеческой крови - чувство голода накатило и стало почти невыносимым, стук сердец гвардейцев настойчиво бил в уши, пульсировал в мозгу, возбуждая. Он уже столько дней не подпитывал своё тело...
«Не время...» - сказал себе Мордрауг, закрыл глаза, и сел, облокотившись на толстый ствол сосны. Глупо охотиться, насытившись. Голод расширял чувства, помогал расширить сознание и даже немного улучщить ловкость - всё, что нужно хищнику для удачного выслеживания жертвы и её поимки.