Кальвин в ужасе наблюдал кровавую бойню среди пылающих домов. Крики людей слились в жуткую симфонию смерти и ужаса. Всё кругом пылало, валялись изуродованные тела или их фрагменты. Мордрауг не щадил никого - ни детей, ни стариков - настоящее исчадие ада, безжалостный кровожадный изверг, как и описывали его в Тикване.
- Эй, инквизитор! - крикнул вампир с горящими от ярости и возбуждения глазами. - Наслаждайся этим моментом! Не каждый может увидеть меня в действии, и при этом остаться в живых!
Кальвин в ответ завыл от ужаса, ненависти и бессилия.
Резня продолжалась ещё некоторое время. Затем наступила тишина. Слышен был лишь треск пожираемых огнём брёвен. Столбы дыма поднимались в предрассветное небо, а зарево от пожара окрасило багрянцем окружающий село лес и пруд неподалёку. Всё было окончено, кровосос перерезал всё село, не дав сбежать никому. Где-то ещё слышались полустоны-полукрики.
- Уверен, тебе понравилось. - прошептал инквизитору на ухо вампир. - Ты ведь и сам любишь поиздеваться над жертвами в этом вашем Тикване. Вы все одинаковые, вас там этому хорошо учат...
Последним аккордом в гибели села Прыть стал Исмар - огонь добрался и до него. Дёргая культями и не имея возможности освободиться, пожираемый языками пламени инквизитор издавал душераздирающие крики, совсем не похожие на человеческие.
- Что чувствовали инквизиторы, когда уничтожали целые города нелюдей? - спросил Мордрауг. - Ответь, не стесняйся.
Неожиданно с дороги раздался топот конских копыт и звук боевого рога. К горящему селу приближались два десятка всадников.
- Опождали... - горько прошептал Кальвин, опустив голову.
На всадниках были латы с золотым крестом на груди, а позади развевался стяг рыцарского ордена - четыре соединённых между собой в одной точке стрелы, направленные наконечниками в разные стороны.
- Вторая часть представления. - хмыкнул Мордрауг. - Неожиданная... Всё же иногда вы, люди, умеете удивлять. Двадцать рыцарей Ордена Креста... Неплохо.
Он медленно отёр свой клинок от крови и направился навстречу кричащим воинам.
- Жаль, Бьянка осталась в городе. - заметил вампир. - Ей бы понравилось.
Утром снова полил дождь. Это, впрочем, не мешало Темнозору и Борку пить пиво в тёплой компании родичей последнего. За столом, кроме оборотня и его друга, сидела вся семья: глава семейства Траир с женой Магратой, его брат Троир (оба приходились Борку четвероюродными племянниками), сын Траира Турбор и дочь его же Тальрана.
- ...И вот, выползаим мы, знач, с Темнозором из склепа, а вокруг нас уж целая армия скелетов стоит - зубами щёлкаит! - рассказывал Борк. - От мы там рубиловку устроили, шоб оттудова выбраца, мать-перемать... Я, знач, с сундуком иду попёрдываю, а мохнатый впереди своим тесаком путь пробиваить. А энти сцуки ишо и пересобирацо позади нас стали, ваще очёшенько сжалось! Ну и шо, вот идём мы, идём, и вдруг, видать, грёбаный механизм какой-то ловушки сработал - и впереди выкатывает на нас огромный круглый булыжник размером как драконья колотушка... А проход-то узкий, а сзади-то конструхтор из костей напираит...
Борк приложился к кружке, глотнул пива, икнул, и замолчал.
- А дальше-то шо? - спросил Турбор, пытаясь заставить глаза мигать одновременно.
- Шо-шо... - ответил Борк, икнув. - Убили нас - вот шо!
Комнату заполнил уже очень нестройный, но по-прежнему мощный дружный хохот шестерых глоток.
- Слуш, Темнозор... - сказал Троир. - Я не пойму, энтот вампырь, над которым ты всё хлопочешь - твой друх? Ты ж, вродь, говорил, что с вампырями ващще дел иметь низя.
- Оно и верно! - Борк тепло шлёпнул племянника по спине. - Я б лучше с крестами дружбу завёл, чем энтого упыря поблизости терпел... Думаишь, чаво он всё возле короля вертиццо? Про Ригн все слыхали, небось?
- Да иди ты! Та самая Ригнова Жуть? - вытаращил глаза Троир. - Не, дед, ты серьёзно, шоль? Он же ж, грят, отмороженный совсем на голову, да и воще энто ж легенда, кажись. Ну, мол, нет его на самом деле-та, брехню энту ельфы сочинили, чтоб, значица, людей стращать опосля Века Кровопролития. Защитничка се придумали...
- Глянешь на его рожу - и не в такое поверишь. - ухмыльнулся Темнозор. - Что до дружбы - он мне графиньку мою обещал отыскать, а я ему - с королём подсобить. Вот и терпим друг дружку. По-моему, кровосос боится, что король его разведёт, да кинет...
- Хотелось бы всё-таки знать, Густав, почему ты воспользовался услугами Мордрауга? - спросила Бьянка, появляясь из вечернего полумрака. - Мне кажется, ты научился проворачивать какие-то тёмные делишки, пока я сплю.