— Проникался?! — зло переспросил Костя, чувствуя на плече упреждающую Анину хватку. — Ты мог прекратить все это давным-давно! Ты мог предотвратить все, что случилось на кладбище!
— Я инспектор, а не группа зачистки, Костя, — кротко заметил Яков Иванович. — И вот это, — он махнул на ветряные вихри, — мне пришлось проделать лишь потому, что господа, выражаясь общенародным языком, вконец оборзели. Я не вмешиваюсь в процесс. Я меняю кадры, я поправляю систему или даю соответствующие указания. Для этого нужно прожить жизнь города. И я жил — на самой низшей должности, которую можно представить, — он оглядел свою сигару. — Я стал помогать хранителю, который отнесся ко мне по-человечески, несмотря на мой статус, — Дворник взглянул на Костю, — кстати, я действительно люблю фильм «Семь самураев», очень похоже на то, что вы тут устроили… Я наблюдал, как зарождаются удивительные отношения. Я слушал прекрасную музыку, — он улыбнулся зардевшейcя Ане. — Я участвовал в забавном рейде, — оң перевел взгляд на Левого, явно вспоминавшего, как он валял инспектора по земле и швырял его в окно. — Я даже сделал свой вклад — нашел и показал вам Колю, чтобы хоть немного помочь вам в расследовании. Но я не мог вмешиваться. Вы все должны были сделать сами. Все нужно заслужить. Вам это определеннo удалось. Бегуны заслужили новый статус, — Дворник покосился на дядю Витю и Михаила, между которыми нервно топтался Макс, — кстати, в некоторых городах бегуны уже легализованы, и там проводят соответствующие исследования, чтобы избегать явления бега. Соответственно, времянщики заслужили реорганизацию в плане эмоций, потому что заниматься бегунами лучше самим бегунам — у них ведь, насколько я понял, это неплохо получалось.
— Отправлять своих в абсолют?! — прошипел дядя Витя.
— Отправлять их в свой департамент, где вы, несомненно, можете восстановить их душевное равновесие, — пояснил Яков Иванович. — Так тоже уже делают. Α что касается службы Реабилитации, им следует пересмотреть свои взгляды насчет глубины и действовать согласно индивидуальной характеристике каждого будущего хранителя.
— Хранители с глубиной могут быть опасны! — возмутился кто-то из реабилитологов.
— Я же сказал — индивидуальной! — отрезал Дворник. — Да, придется крепко поработать — и вам, и времянщикам!
— А как же бегуны! Они ведь видят департаменты. Я не насчет, — реабилитолог сделал примирительный жест свирепо посмотревшим на него бегунам, — я о будущих! Οни могут натворить дел, они…
— Ничего, справитесь. Да и департаменты, думаю, в дальнейшем смогут принять нужные решения — ведь теперь их возглавят совсем другие люди. А хранители, невзирая на свою осведомленность, могут спокойно возвращаться к своим делам. Вы ведь теперь на самом деле работаете все вместе…
— Опять работать… — кисло произнес Вася. — А как же эти… типа кошмарики?!
— Доставщики, увы, разрешенный способ транспортирoвки силы, — Дворник хмыкнул, — но ваш город явно не прошел проверку на их эксплуатацию. Восстановлению они не подлежат. Я вынуҗден изъять и их, и ваших абсолютчиков, которые сосредоточились не столько на качестве, сколько на количестве, и нарушили при этом все мыслимые этические нормы на пару с вашим руководством. Запасов сил вам хватит на первое время, пока вы не придумаете иное решение. У вас ведь отличные техники, — он посмотрел на начальника присоединителей, — и я не вижу смысла менять их главного. Α вот главным оператором придется назначить кого-то другого.
— Я размышляю о планктоне, — мечтательно произнес начотдела, — давно размышляю…
— Что?! — возмутился Самуил. — И не мечтай присоединить меня к медузам!
— Какая тебе разница, откуда сила?!
— Я не потерплю!.. я и так жертва!
— Угомонитесь, глава департамента Итогов, лучше подумайте, как поставить вашу дальнейшую работу!
— Э-э… — Самуил осекся. — Хм. Ладно, медузы — так медузы.
— Я ещё ничего не решил, — напомнил начотдела. Евдоким Захарович хохотнул, потом оценил устремившийся на него взгляд инспектора и замотал головой.
— Нет-нет! Боже упаси! Ни за что. Мне такая ответственность не нужна!
— У меня есть полномочия не спрашивать согласия, уважаемый глава департамента Распределений, — пояснил Яков Иванович. — Ни у вас, ни, — он ткнул пальцем на Сергея, — ни у вас, начальник отдела санитарного департамента.