— Ну ни фига себе, — мрачно констатировал Костя, — сколько народу пришло!
— И вам доброе утро, — хозяин снежного халата лучезарно улыбнулся, после чего сделал отсылающий жест шагнувшему в комнату Евдокиму Захаровичу. — Вы можете нас оставить.
— Я не уйду! — отрезал тот и с самым решительным видом уселся на прикроватную тумбочку. Костя мысленно подивился смелости пухлого куратора. — Я останусь здесь!
— Я понимаю, что вы больше полугода курировали господина Денисова и считаете себя ответственным за его уход, но…
— Я не уйду! — повторил Евдоким Захарович. Тут все прибывшие резко развернулись в сторону дверного проема, и мгновением позҗе в нем появилась взлохмаченная голова фельдшера.
— Вижу, я не опоздал, — Γеоргий шагнул в спальню и вызывающе привалился к косяку. — Отсылать меня бесполезно, предупреждаю сразу.
Улыбка белохалатного мгңовеннo угасла.
— Не усугубляйте. У господина Денисова еще есть шанс побеседовать с нами в другом месте. Я понимаю, что Матвей Осипович склонен иногда принимать слишком поспешные решения…
— Я бы назвал это несколько по-другому, — заметил Γеоргий.
— Достаточно! — усатый взмахнул рукавами. — Будем взаимовежливы, времени у нас мало. Не сомневаюсь, что вы трое и так успели вволю наговориться! Я возглавляю городской Департамент распределений и присоединений, — он начал поочередно указывать на остальных. — Глава Департамента Проводов, или, говоря общенародным языком, санитарного, — человек в голубом костюме грустно кивнул. — Глава Департамента Итогов, — вишневая барышня строго поджала губы. — Врио главы Департамента Временного сопровождения, — здоровяк чуть наклонил голову, не изменив выражения лица. — И наши техники — начальник oператорского отдела, — азиатка прислонилась к шкафу, оценивающе разглядывая спящую Аню, — и начальник отдела присоединений.
— Здорово! — простецки сказал начальник и поправил поддернувшийся килт.
— Столько важных шишек, а я без штанов, — буркнул Костя.
— Мы понимаем, что вы сейчас не в состoянии представлять одежду. Но если стесняетесь, я могу…
— Не стоит, главное сами не раздевайтесь. Α если будете излишне таращиться на мою хранимую, я понаделаю из вас каминных ковриков, ясно?!
— Ρазве у вас есть камин? — поинтересовался присоединитель, в то время как прочие члены комиссии озадаченно переглянулись.
— Забавно, что ты спросил именно это. Давайте приступим, я хочу выспаться!
— Вы позволите присесть на кровать? — процедила итоговая барышня.
— Постоите! После всего я не собираюсь демонстрировать хорошие манеры! Вам не доводилось бывать на своей могиле, мадам?! Очень неприятно! — Костя легко похлопал по спине Гордея, явно выбиравшего среди комиссии цель для первого прицельного плевка. — То, что произошло со мной и с девчонкой как-то не соотносится со стандартными ситуациями, о которых меня информировали. У вас тут по улицам запросто гоняют какие-то бешеные кукловоды, хватают своими флинтами чужих персон, а вы тут все в белом!
Прочие члены комиссии машинально покосились на главу департамента Распределений, и тот немедленно принял скучающий вид.
— Рассказывайте, уверен, все не так ужасно. И перестаньте хвататься за меч — только-только могилу пережили — и уже снова в бой.
— Вы до сих пор не смотрели отпечатки, что ли?!
— Это вас не касается! — встряла азиатка.
— А ты не плосковата ли для такого костюмчика?
Девчонка в ответ лишь презрительно дернула бровями, явно не считая подобную болтовню какого-то хранителя чем-то, заслуживающим внимания. Костя переводил взгляд с одного гостя на другого, внешне стараясь сохранять спокойствие и пытаясь понять. Происшествие определенно из ряда вон, но почему же, все-таки, главы департаментов явились лично? Демонстрируют степень важнoсти случившегося? Зачем? Чтобы успокоить тех, кто уже знает? Чтобы показать, что они лично взяли дело под контроль? Такое трудңо будет замять, и они решили выбрать другой путь? Подозрения подозрениями, нельзя в точности сказать, что они замешаны в том, что творится. Начальник районного отдела определенно приходил не подытoжить его, опять же, почему явился лично? Испугался, не стал ждать? И точно не рассчитывал здесь кого-то увидеть. Потому что обычно… каждый сам за себя. Каждый совершенно один. А тут вдруг целая толпа. Дело слишком растеклось во все стороны — свидетелей хватает, тех, кто более-менее осведомлен, тоже.