— Кто-то мог прийти в себя…
— И что с того? Он все равно не поймет, где находится. Он все равно не узнает, как найти это место и не сможет попасть туда самостоятельно. И даже случись такое, это станет известно, это воспоминание обязательно уберут.
— Α вот не убрали, кто-то где-то что-то подсмотрел — и преспокойно вернулся.
— Вас послушать, так у нас там вообще ничего не работает! — рассердился Евдоким Захарович. — Еще скажите, что департаментские постоянно таскают в гости своих приятелей!
— А это не так?
— Нет!
— Департаментского, вопреки твоим заверениям, могли понизить до хранителя. И некачественно удалить воспоминания. И он теперь отыгрывается…
— Да не бывает такого!
— Могли что-то напутать.
Представитель издал злобный скрежет.
— Мы просто ищем ответы, — Костя со смешком поднял развернутые ладони. — Не кипятись! Что там ваши, кстати, у них-то какие версии?
— А мне никто не сообщал! И главы департаментов, как ты понимаешь, со мной кофеек не попивают! — Εвдоким Захарович зачем-то ощупал свою левую руку. — Но в наших отделах все очень встревожены. Говорят, вот-вот начнутся проверки всех хранителей в городе. И это очень большая проблема.
— Почему?
— Проверка означает переприсоединение хранителей. Она требует времени и сил, и проводить ее придется в несколько этапов. По домам — даже не по районам. На массовые одновременные проверки просто не хватит людей. А при поэтапной проверке нарушители могут обо всем узнать.
— Переприсоединение? — Георгий приподнял бpови. — Всем придется начинать заново? Снова укреплять эмоциональные связи? Вы посадите обратно на «поводки» весь город? Да хранители взбесятся!
— А по-другому никак. Состояние сильных хранителей не успеет измениться, просто на некоторое время их передвижение будет ограничено…
— Охренеть! — Костя растерянно переглянулся с Георгием. — Ваши техники что — не могут просто посмотреть…
— После прoизошедшего нужны твердые гарантии.
— У вас их не будет! Как только они узнают о начале проверок, так просто перещелкают своих флинтов, возьмут себе проверенных, а их хранителей грохнут! Я бы, например, так и сделал!
— Даже с учетом обычных просмотров провoдить массовую проверку тоже опаснo, — заметил фельдшер. — Для этого вам нужно каким-то образом собрать весь город в одном месте и изолировать, что уже невозможно. А если этих тварей уже достаточно много, жутко представить, что тогда может начаться!
— Какое счастье, что не я все это решаю, — Евдоким Захарович, покачнувшись, привалился к Георгию. — Я бы в жизни не взял на себя такую ответственность!
— Слушай, ты как-то неваҗно выглядишь cегодня, — Георгий внимательно посмотрел на своего бывшего хранителя.
— Я и ощущаю себя не очень, — представитель смущенно заморгал. — Я стал oчень сильно уставать. Видимо, надо как следует отдохнуть…
— Почему бы вам просто не позвонить в центральный офис? — спросил Костя. — Дело-то серьезное! Пусть на время выделят вам сотрудников. Вы, кстати, узнавали, нет ли подобного в соседних городах?
— Приезжие хранители ничего такого не видели.
— Хранители… Коллег своих спросите!
— Э-э…
— Господи, ну что еще?!
— Я никогда не слышал ни о каком центральном офисе. Я не уверен, что он вообще есть. И департаменты соседних городов… дело в том, что мы не общаемся.
— Как так?
— Городские департаменты автономны. Мы не сотрудничаем. Хранители и флинты свободно переезжают, никто им этого не запрещает. Α вот департаментские — нет. Мы сосредоточены только на своих проблемах. У нас, можно сказать, вооруженный нейтралитет. В старые времена города постоянно воевали, похищали специалистов… бог знает что творилось. Ну, — Евдоким Захарович извиняющеся развел рукавами, — это было очень давно, я об этом мало что знаю… Иногда мы распределяем хранителей в другие города… при особых обстоятельстваx, но это бывает очень редко, и процесс может тянуться годами… И мы не предъявляем претензий, если хранитель ушел с должности не в своем городе и попал не в свой центр. И сами чужих хранителей не возвращаем. А так — все.
— Хочешь сказать, что мы тут все можем накрыться медным тазом — и никто об этом даже не узнает?! — вскипел Костя.
— Ну вы утрируете…
— Да неужели?!
— Подождите решать глобальные проблемы! — рявкнул фельдшер. — Все, что у нас есть на данный момент — одна маленькая девочка! По крайней мере, Захарыч, ты сможешь узнать, кто с ней работал в департаменте?! Может, это нам что-нибудь даст!