Из динамика доносилось одно и тоже:
– Это правительственная волна Российской Федерации. На всей территории объявлен карантин. Всех выживших просим сохранять спокойствие. Не приближайтесь к зараженным людям. Старайтесь оставаться на своих местах. Правительство предпринимает всевозможные меры.
И так дальше. Ребята проснулись и мы еще несколько раз переслушивали это сообщение. Я выключил радио.
– Дим, что думаешь?
– А что думать то? Мы видели, как правительство предпринимает все возможные меры!
– Думаешь, кто – то выжил?
– Да черт его знает!? Может эта запись крутится, где – ни будь на станции, а живых уж и нет в помине.
– Да, но надежда есть. Если кто – то и выжил из правительства, то они явно находятся в Москве. Думаю, мы выбрали правильный путь.
Мы поменялись с Димой местами. Я пошел к Сереге – проведать как он там. Ему стало немного лучше. Он жевал печеньку. Его вид меня обрадовал.
– Как ты?
– Уже лучше, завтракаю вот, хочешь? – Он мне протянул печенку. Честно говоря, мне не хотелось есть. В глазах стояли трупы, кровь и смрад. Это все не больно способствовало разгоранию аппетита.
Ольга с Анькой подошли к нам, они выглядели не лучше нас. Они как две лахудры – волосы растрепаны, глаза размазаны косметикой.
– Девчонки, идите умойтесь хоть. – Получилось у меня это как – то раздражительно. Может потому, что они прервали нас с Серегой?
Мы решили остановиться и размяться. А еще у нас заканчивалось топливо. Впереди показалась АЗС, Дима сразу же подрулил к ней. Вокруг было тихо и солнечно. Тепло. Мы вывалились из нашего автобуса. Я пошел проверять, в каком состоянии находится заправка и сможем ли мы заправить автобус. Топливо приближалось к отметке ноль.
На АЗС царил хаос, как и везде в этом мире. Все разбито и разбросано. Заправка оказалась работающей – видимо где-то пыхтел старенький генератор. Заправив автобус, мы уже было собрались уезжать, как поняли, что нигде не можем найти Димку.
Мне стало как-то не по себе. Заправка была маленькой и провалиться сквозь землю он не мог. Я спросил ребят:
– Кто его видел и куда он пошел?
Ольга видела, как он пошел поссать за заправку. Идти туда без оружия я не решился. Поискав вокруг, я отыскал очередную железяку. Ольга вцепилась мне в спину, и мы вдвоем направились за заправку. Когда мы уже было подошли на угол этой заправки, с той стороны послышались тихие шорохи и стоны, напоминающие борьбу. Я резко выскочил из-за угла.
Димка лежал на багажнике машины, а над ним нависал какой-то мужик и пытался его задушить. Я сразу понял, что это не зомби, а вполне себе нормальный человек. Мужик говорил Димке что то, но я не разобрал. Из ступора меня вывела Ольга:
– Ты че стоишь то блядь? – Она сказала это так громко, что мужик, душивший Димку, обернулся и посмотрел на нас таким злым взглядом, это просто не передать. Забыв о Димке, он бросился на нас. Ольга с криками побежала к автобусу. Я не придумал ничего лучшего, как размахнуться и бросить палку в башку этому детине.
Мое оружие достигло цели. Мужик так и грохнулся на месте, лицом в грязь. Я бросился к Димке. Он был никакой: лицо разбито, из носа кровь, он кашлял очень сильно.
Я взвалил на себя Димку и потащил его к автобусу. Там нас ждал еще не окрепший Серега, который с волнением наблюдал за нами. Я ему в двух словах описал ситуацию, а сам бросился за руль. Водитель теперь, я так понимаю, я один. Мы тронулись с места, хотя нас никто не преследовал. Детина так и продолжал валяться там в грязи с разбитой головой, вокруг которая алым растеклась кровь.
Что за мир нас ждет теперь, в стране нет закона, нет полиции, да и самой страны, видимо тоже нет. Мне стало понятно, что надо бояться не только мертвых, но и живых. Синяя надпись гласила: «До Москвы 1350 км».
Боже мой! Как мы доедем теперь до нашей столицы? Я не смогу ехать круглые сутки, а останавливаться нам нельзя. Серега слаб, да и рука у него перевязана. Черт!
Мои размышления прервала Ольга: