Черное чудовище ждет. Люди совещаются между собой вполголоса. Дзинтаро недобро смотрит на Годзиллу. Видимо, все-таки решение принято. Белая Маджеста проезжает мимо, на заднем сиденье Валет и Лара - они будут наблюдать за финишем. Тем временем Дзинтаро садится в черный Торнео, заводит мотор.
Годзилла уходит на правую полосу, освобождая пространство для соперника. Индра встает на стартовой линии, помогает автомобилям подровняться. Чудовище жадно вдыхает воздух, полной грудью, всеми шестью дроссельными заслонками. Обороты подскакивают, обогащенную смесь давлением турбин забрасывает в цилиндры.
***
Он сквозь сон почувствовал - что-то не так. В душу закралось какое-то странное, щемящее беспокойство. Открыл глаза, огляделся. Сперва подумал, что показалось, но зажег лампу у изголовья - и понял, что нет. Девушки рядом не нашлось. Даниэль взял мобильник, включил, посмотрел на экран - было почти четыре часа утра. Он сел, натянул джинсы, и пошел искать Карамельку.
Дом находился на сопке, в оконечности полуострова. Совсем свежий, его ввели в эксплуатацию от силы пару лет назад. Дану повезло, он крутанулся, занял денег у Босса, но все-таки смог купить здесь двухкомнатную квартиру, еще на стадии строительства, когда на месте высотки был только огромный котлован. Потом еще пришлось делать ремонт - жилье ему досталось в виде голых стен и труб коммуникаций. Рассчитался с другом совсем недавно, в прошлом году. Хотя и есть такое правило, не примешивать в дружбу деньги.
Из огромных окон гостиной открывался шикарный вид на залив, и на огни ночного города - центр никогда не спал. Она стояла и смотрела в даль, неподвижная, словно статуя, накинув на плечи шелковый халатик. Даниэль подошел сзади, осторожно взял девушку за талию. Она молчала.
- Зай... - тихо позвал он.
Девушка не ответила.
- Зая, - он осторожно прикоснулся губами к ее шее. - Что случилось?
- Мне плохо, - прошептала она.
- Съела чего? - Даниэль напрягся. - Может скорую вызовем?
- Нет, просто голова очень болит, - ответила Карамелька.
- Тебе таблетку дать? - предложил парень.
- Не надо, все равно не поможет, - прошептала она. - Это шейный остеохандроз обострился. Я же всю жизнь сижу, то в университете, то перед монитором. Вот и заработала себе профессиональную болезнь. Судьба офисного планктона...
Карамелька повернулась и одарила его печальной улыбкой.
- И что делать? - спросил Дан.
- Надо пойти погулять, - ответила девушка. - Хотя бы полчасика походить, заодно можно морем подышать. Шея подвигается, зажим ослабнет, нерв отпустит и я смогу лечь спать. А иначе я умру от этой боли.
- Хорошо, пойдем, - согласился Даниэль.
Она влезла в любимую водолазку, натянула джинсы-скинни, и теперь надевала нейлоновые носочки. Даниэль уже ждал в прихожей - в футболке и джинсах, перебросив через локоть толстовку с капюшоном, на случай если снаружи будет холодно. Карамелька вышла из спальни, обулась в любимые бежевые кроссовки-сникерсы, взяла черную сумочку с ремешком через плечо - какого-то безымянного китайского производителя.
- Мы идем? - спросила она.
- Да, - ответил Дан. - Блин, подожди, я сейчас.
Разулся и побежал в спальню, оставив ее слегка удивленной. Какое-то время шуршал там чем-то, потом все-таки вернулся.
- Можем идти.
И они пошли.
Ночь выдалась по-августовски бархатная. Воздух был необычайно теплый, мягкий. Пахло солью. Они миновали автозаправку, и теперь спускались по краю узкой асфальтовой дороги, к морю - впереди и ниже находилась коса, известная как Токаревская кошка; коса оканчивалась маяком, встречающим суда на траверзе порта Владивосток.
- Мы же на кошку заходить не будем? - спросила Карамелька.
- Почему нет? - спросил Даниэль.
- Там молодежь в машинах... - девушка опустила взгляд.
Он рассмеялся.
- Не хочешь их потревожить?
- Ну а зачем? - спросила Карамелька. - Пусть люди радуются жизни.
Внизу, у моря, было необычайно тихо. На косе расположились две или три машины, на значительном расстоянии друг от друга. Они предпочли остановиться у края насыпи, асфальт здесь заканчивался, дальше от силы полметра-метр вниз - и вот он, Тихий океан. Мягко, убаюкивающе, размеренно шелестели волны. Японское море пело своим детям ночную песню.
- Может, и мы как-нибудь вот так отъедем, ночью, с красивым видом? - предложил Даниэль.
Она улыбнулась, зажмурилась.
- Не могу обещать...
Он обнял девушку обеими руками, прижал к себе.