Было уже около 3 часов ночи. Отец Святослав расположился у настольной лампы с видавшим виды томиком Джека Лондона, нацепил очки, и приготовился погрузиться в книгу, когда по окну его маленькой бытовки полоснул яркий свет фар.
- Что за бесовщина...
Святой Отец потянулся к помповому ружью - различного товара и оборудования на территории вверенного ему предприятия хранилось больше, чем достаточно.
- Убежища! - раздался снаружи запыхавшийся женский голос, кто-то застучал в окно. - Святой Отец, убежища!
У ворот замер белый Марк2. Самурай, в обвесе, без номеров.
Отцу Святославу никаких объяснений не потребовалось. Первым делом он строго настрого наказал потушить фары. Открыл ворота, впустил машину на территорию. Закрыл ворота.
- Езжай следом, - распорядился Святой отец, и повел машину за собой, подсвечивая дорогу фонариком.
Укатанная грунтовка шла на подъем и упиралась в три больших склада. К самому дальнему, третьему, он и подвел свою ночную посетительницу.
- С дороги тебя здесь не увидят, заборы у нас высокие, - сказал он. - Вон, под навес машину закати. Мотор заглуши. Посиди часик, тихо как мышка. Я, как шум уляжется, за тобой зайду.
Карамелька молча кивала на каждое его слово.
Не успел он сесть на диван и взяться за книгу, как по стенам бытовки заплясали красно-синие огни.
- Пожаловали, антихристы, - вздохнул отец Святослав.
В окно аккуратно постучали. Он взял фонарь, рацию, открыл дверь. Снаружи стоял черный Марк2 в 110-ом кузове, украшенный люстрой. Прямо перед дверью - уже слегка принабравший в весе майор. В фуражке, нагрудный знак на месте.
- Папаша, здесь белая машина не появлялась? - спросил он.
- Машина, говоришь? - спросил отец Святослав. - Ну, какая-то машина проезжала. А белая она была, или черная - кто ж ее разберет...
- И куда поехала? - спросил полицейский.
- Ну, мимо меня можно только в две стороны поехать, - сказал отец Святослав. - Стало быть, или туда, - он показал в сторону Снеговой, - ну, или туда, - махнул фонарем в сторону Бородинской.
- Ясно, - сказал полицейский. - Ну, спасибо, папаша...
- Чем смог, - пожал плечами Святой Отец.
Полицейский шел к своей машине, на ходу доставая рацию.
- Всем машинам, это Закат. Белый Самурай проскочил. Прочешите Снеговую, далеко уехать он не мог.
Через час она сидела в бытовке, пила чай, и закусывала яблочными пирожками, кои весьма предусмотрительно в большом количестве напекла на сутки отцу Святославу его дражайшая супруга.
- Что ж ты, дочка, полночи не спавшая, голодная, - причитал Святой Отец. - Масло-то хоть свежее в моторе? Или на олифе дубасишь? Смотри, мотор нагруженный, мощный, как словит клина...
- Да это мелочи, я на диете, - улыбнулась девушка. - Масло утром меняла, пять-вэ-тридцать...
- На диете она, - вздохнул отец Святослав. - Тебе детей рожать!
- Ой, да было бы от кого, - небрежно произнесла Карамелька, тщательнее пережевывая пирожок.
- Ну прямо так и не от кого, - вздохнул Святой Отец. - Есть же в вашей тусовке какой хороший парень, нет?
Карамелька помотала головой.
- Ну, то дело молодое, еще год-два, и перемелется. Ты если хочешь, вон, на моей тахте поспи. А перед рассветом я тебя подниму, окольными путями добирайся в город, пока у них пересменка...
Глава 5. ФИЛОСОФИЯ НОЧИ
Город купался в лучах летнего солнца. Нескончаемым потоком транспорта шумел некрасовский путепровод. Она вышла из здания и поцокала шпильками вверх по тротуару, вдоль небольшой улочки, спрятавшейся в жилом квартале. Выше перекрестка, у края проезжей части было припарковано огромное количество машин. Он догнал девушку и бережно взял за локоть.
- Привет.
От неожиданности она чуть не подпрыгнула.
- Ты что здесь делаешь?
- Есть разговор, - тихо произнес Даниэль.
- Ты как вообще меня нашел? - Карамелька начинала раздражаться. - Ты про все забыл? Мы не пересекаемся в обычной жизни. Только на улице, на гонках.