- Садись, я сейчас достану кружки, - сказала Карамелька.
Она подошла к шкафу, открыла дверцу, некоторое время гремела фарфором, потом извлекла две довольно вместительные чашки и обернулась. Даниэль стоял посреди кухни, держа в руках картонную коробку. На крышке были нарисованы символы мировых валют, какие-то графики, а по центру - крупными буквами выведены слова "Монополия: настольная игра".
- Это что? - спросила девушка.
Даниэль молчал, пытаясь подобрать слова.
- Ты думаешь, я буду как маленькая девочка играть в настольные игры? - с усмешкой спросила Карамелька.
***
- Ну нет, так не честно! - она обиженно надула губы.
На журнальном столике стояла стеклянная форма, с телячьей отбивной. Картину дополняли картошка с помидорами под шапкой сыра и рядом в вазочке - печенье "крокет". От чашек с глинтвейном струился легкий дымок. Здесь же, на салфетке, покоились две вилки.
Даниэль сидел, откинувшись на спинку дивана, и листал буклет с правилами игры.
- Я не хочу в тюрьму! - продолжала капризничать Карамелька.
Игровая фишка в виде какого-то классического автомобиля стояла на игровом поле, отмеченном массивными железными решетками.
- В правилах сказано, что если ты попала на поле с тюрьмой, ты должна заплатить взятку, - ответил Даниэль.
- Я взяток не плачу! - протестовала девушка. - Я ни разу гаерам на лапу не накинула, чтобы ты знал!
- Ну хорошо, - Даниэль устало вздохнул. - Давай отменим ход. Перебросишь кубик.
- Это что, ты мне поддаешься? - удивилась девушка.
- Я тебе уступаю, - сказал Даниэль. - Девушки слабые, им нужно уступать. Меня так отец воспитал.
- Ну уж нет, - Карамелька снова продемонстрировала надутые губы, взяла стопку игровых банкнот и принялась отсчитывать сумму. - Купила, называется, новый магазин...
Даниэль не смог сдержаться и улыбнулся.
- Ты можешь переиграть ход, я не возражаю, - снова предложил он.
Карамелька метнула в него недовольный взгляд, и тут зазвонил лежащий на краю журнального столика розовый телефон самой модной марки. Она ловко подхватила трубку, которая на вибрации поползла по краю чтобы грохнуться вниз и разбить хрупкий дисплей, провела пальчиком по стеклу.
- Алло... да, дорогой, привет, - Карамелька встала с дивана, вышла в коридор.
Даниэль настороженно прислушивался к ее голосу.
- Нет, все хорошо. Уже лучше, чем было. Не надо, я еще болею.
Судя по звуку голоса - девушка отошла в спальню. Даниэль отчаянно боролся с самим собой - внутри гулко билось сердце, требуя встать, подойти к двери, ревностно ловить каждое ее слово.
- Ну правда, зачем тебе приезжать, я же могу тебя заразить, тебе же только свалиться с температурой не хватало... давай договоримся, как только я себя почувствую хорошо, мы сразу же поедем подавать заявление. Я не хочу оказаться на собственной свадьбе с полным носом соплей...
Тут она рассмеялась - звонко, жизнерадостно. У Даниэля кольнуло сердце. Внутри что-то сжалось, отпустило. Он глубоко вдохнул, выдохнул. Стало легче.
- Да нет же, ты что... хорошо. Спасибо, дорогой. Пока.
Карамелька вошла в гостиную, аккуратно положила телефон на край столика.
- Ты смотри, глинтвейном его не залей, - предостерег Даниэль.
Девушка послушно переложила трубку на подлокотник дивана.
- На чем мы остановились? - спросила она.
- Твой ход, - напомнил Даниэль.
- Ну что же, я плачу взятку, - вздохнула Карамелька, пригляделась к нему. - У тебя все в порядке?
- Да, нормально, - ответил Даниэль. - Немного беспокоюсь, завтра будут гонки на Канале.
- Вы со Стайером не поможете мне? Резина у меня хорошая, с утра переднюю ходову перебрать, и буду на фоксе, - сказала Карамелька.
Дан отрицательно помотал головой.
- Отказать. У тебя еще температура держится. Сперва надо отлежаться нормально, выздороветь.