- Шалава! - орал Филипп. - Сука! Я тебя сгною!
Где-то наверху стучали каблуками по ступеням мужские ботинки. Филипп выскочил во двор, перемахнул через невысокую - по колено - оградку, огляделся в поисках девушки. На той стороне дороги белоснежный Самурай взревел мотором, описал дугу, подняв облако белого дыма, разворачиваясь через двойную сплошную, и промчался мимо него - выставив бок под углом сорок градусов.
***
- Ну вот, сейчас обуемся и поедем домой.
Хан вошел в раздевалку, держа сына за руку.
- Пока, Егор! - сын помахал рукой другому мальчику, который сидел на лавке.
Его отец находился тут же - встав на колено, помогал зашнуровывать ботинок. Наконец он встал и повернулся. Ни один мускул не дрогнул на лице Хана. Майор посмотрел на вожака стрит-рейсеров, на мгновение задержал взгляд на его сыне. Хан молчал. Майор тоже не спешил разговаривать.
- Пап, ну поехали домой! - Егор дергал отца за брючину.
- Да, поехали, сынок, - майор взял мальчика за руку.
Хан подошел к шкафчикам.
- Ну, показывай, где тут твое имущество?
- Пап!
Хан завел мотор, Марджери отозвалась мерным урчанием восьми цилиндров.
- Пап, а вы с папой Егора не дружите, да?
- Нет, Жекич, не дружим, - тяжело вздохнул Хан. Все-таки дети удивительно тонко чувствуют все эти полутона взрослых взаимоотношений. - Но ты это, никому не рассказывай, договорились? Это наш с тобой секрет.
- А хочешь, я тебе тоже секрет расскажу? - спросил сын, подсел на самый краешек велюрового дивана, взялся руками за спинку водительского сиденья. - Только ты пообещай, что никому не расскажешь.
- Ну, обещаю, - Хан переключил автомат на "драйв", Марджери покатилась вниз по улице.
- Наша машина умеет разговаривать, - сказал мальчик.
- Да ты что! - Хан старательно изобразил искреннее удивление. - И что говорит?
- Говорит, когда я вырасту, мы с ней будем ездить, - ответил сын.
- Как же ты будешь ездить, ты же водить не умеешь? - усомнился Хан.
- А ты меня научишь! - ответил Жекич.
- Научу, - вздохнул Хан, скрепя сердце. - Конечно научу, какой разговор, ты что... только давай маме пока не будем ничего говорить. Это будет наш мужской секрет, окей?
На ужин они ели пиццу с колбасой и смотрели самую первую серию "Тачек". Потом Хан уложил сына спать, а сам взял бутылку пива и сел в кресле в гостиной - отсюда открывался вид на яхт-клуб. Этот таунхаус он купил еще на стадии застройки - когда тут были голые кирпичные стены. Пришлось потратить пару лет и половину стоимости исходника - но теперь это настоящий дворец, с двумя этажами и гаражом под ними. В гараже стоят Чейз и Марджери - там все условия, отопление, свет...
Марджери в семье уже одиннадцать лет. Он до сих пор помнит тот день, когда шел по Зеленому углу - грабительских пошлин тогда еще не было, бизнес цвел, а у него в кармане уже бренчали первые звонкие монеты - прибыль от собственного дела. Машины стояли стройными рядами, и конца края авторынку не было видно.
- Эй, красавчик!
Мягкий женский голос. Он обернулся. Мимо прошла пара - мужчина с женщиной, они что-то обсуждали. Чуть поодаль стоял студент, смотрел белый Левин. Кто это мог быть?
- Красавчик, я к тебе обращаюсь, вообще-то.
Теперь уже женский голос зазвучал обижено. Он снова повернулся - и уперся взглядом в Маджесту второго поколения, цвета слоновой кости.
- Ну наконец-то, - сказала Маджеста. - Я уж испугалась, что меня так и не заметят. Я же мааааааленькая...
- А ты чего это? - спросил Хан с замиранием сердца, обходя пятиметровую баржу вокруг. - Разговаривать умеешь?
- Подсказать что? - непонятно откуда, словно гриб из-под земли, вырос продавец.
- Конечно умею, - снова обижено ответила Маджеста. - Только не со всеми.
- Это как? - спросил Хан. - В смысле, я говорящую машину впервые в жизни встречаю.
- Уважаемый, с вами все в порядке? - спросил продавец.
- А? - Хан обернулся. - Да я это, по блютусу разговариваю, звонок деловой.