- А, ну ладно, - продавец понимающе кивнул. - Я, если что, тут. Вот этот ряд, двадцать автомобилей, весь мой.
Хан кивнул и полез в салон, отомкнул замок капота.
- Малыш, ты меня пугаешь... - томно произнесла Маджеста. - Признайся, ты хочешь сделать это?
Он решительно поднял капот вверх. Отомкнул пластиковую крышку двигателя.
- Молодой человек, вы нахал и пошляк, - сообщила Маджеста. - В такие места девушкам при знакомстве не заглядывают.
А когда они ехали в ГАИ оформлять машину - Маджеста пела. Хан закрыл лицо ладонью и старательно делал вид, что не слышит этого ужаса.
- Я свобооооодна! Словно Турик на колах! - нежно тянула гласные Маджеста. - Я свобоооодна! Я забыла о столбах...
Бутылка подошла к концу. Хан прошел на кухню, взял еще пива и спустился в гараж. Зажег свет. Автомобили хранили гробовое молчание.
- Ну и как мне это понимать? - строго спросил Хан.
Молчание. Тишина. На улице гавкают собаки - сюда доносится их приглушенный лай.
- Я к тебе обращаюсь, баржа пятиметровая. Совсем стыд потеряла? Не знаешь, какая ситуация у нас в семье?
Он подошел и легонько пнул переднее колесо Маджесты.
- Совсем обнаглела, на старости лет.
- Ты, Хан, изделие резинотехническое, - весьма сдержанно ответила Марджери. - Презерватив штопаный, иначе говоря.
- Зачем ты к ребенку лезешь? - спросил он. - Его и так все это травмирует. И ты еще добавляешь.
- Он же меня услышал... - робко начала Марджери.
- Я тебя одиннадцать лет слушаю! - Хан взял с верстака отвертку, открыл бутылку и сделал глоток. - И что?
- Хан, это твой сын, - терпеливо ответила Марджери. - Чужой ребенок меня бы не услышал. Я же тебе говорила, я могу разговаривать, но не со всеми... и не только я, посмотри на Чейза.
Хан снова сделал глоток. Задумался.
- Значит, и с Даниэлем его Скалка также разговаривает? - он сел на стул, повертел в руках бутылку. - А я потом гадаю, к чему у него эти странные оговорки проскальзывают...
- Потому что она для него, - ответила Марджери. - Как я для тебя. Ты ведь единственный меня услышал.
- Родная душа, говоришь? - спросил Хан.
- Такими мы созданы, - парировала Маджеста.
Он снова пригубил пиво. В самом деле, не может же ошибаться говорящая японская машина 1995-ого года выпуска...
- Ты мне музыку оставишь? - робко попросила Марджери.
- Ты в прошлый раз весь район на уши поставила, - напомнил Хан.
- Я тихонечко буду, - пообещала машина.
- Ладно, - вздохнул Хан, полез на водительское сиденье, воткнул ключ в зажигание, принялся рыться в перчаточном ящике в поиске компакт-дисков. - Тебе кого поставить?
- Включи Айрон Мэйден, - попросила Марджери.
Хан наконец нашел нужные диски, нажал кнопку на двери и пошел к корме Маджесты - поднял крышку багажника, чтобы загрузить дюжину дисков с музыкой в чейнджер.
- Аааай фииил зэ бриз он май фейс ин экспектанс, - довольно мурлыкала Марджери. - Нооот вери лонг бефор зэ сторм ричез хииииир...
- Слава богу, Блейз Бейли этого не слышит, - вздохнул Хан.
***
Синий Скайлайн в 34-ом кузове съехал с красоты и остановился на грунтовке, здесь была небольшая площадка, и от нее дорога уходила вниз - параллельно проспекту. Он вылез из кабины, огляделся. Почти прямо под ногами - залив Золотой Рог, вон мост, а слева - по-прежнему строят две высоких башни "Магнума". Его начинали строить когда Даниэль еще только оканчивал учиться в университете, и частенько ходил мимо котлована со спецтехникой. Есть все-таки в мире какие-то незыблемые твердыни. Он пенсию оформлять будет ходить мимо этой же стройки.
Где-то справа вспыхнул ближний свет - он повернулся и безошибочно угадал оптику Самурая. Клацнула водительская дверца. Она резонно решила не переобувать кроссовки, и теперь поднималась к нему - тоненькая фигурка в джинсах-скинни, подчеркивающих бедра и талию. Сверху темная водолазка, обтягивающая пару мячиков груди, над которой расположилась грива светлых волос...
- Все закончилось, - прошептала она, обнимая его шею обеими руками. - Я свободна, слышишь? Наконец-то свободна...