***
А потом зима закончилась. Она здесь вообще ведет себя крайне странно - в конце марта люди уже ходят без головных уборов, а в апреле-мае выпадает снег. Но по ночам температура опускается ниже +5 по Цельсию все реже и реже, а в мае вообще устанавливаются стабильные +10. Асфальт больше не застывает могильным камнем. И начинается сезон.
Пятничный учебный день, пожалуй, самый короткий. Независимо от количества пар, долгов по семинарам, и прочих мелочей, способных сильно омрачить жизнь студента на втором курсе. На крыльце, выходящем к Семеновской - курят толпой пацаны с параллели, как всегда что-то обсуждают. Девяностая Креста, закатанная в глухую тонировку по кругу - наконец-то выкатилась из гаража после долгой зимы, намылась, обула свежую резину. Она стоит чуть ниже крыльца, блестит черным глянцем на солнце. Внешне мало чем выделяется - ну сколько таких Крест в таком же китайском обвесе, с такой же массивной банкой глушителя - гоняет по городу? А вот что скрывается под карбоновым капотом...
Она уже давно не ездит на кривой смеси, ушедшей в бедную из-за измененного впуска. Она уже вполне может поспорить за наддув и детонацию с куда более старшими собратьями по оружию. Она действительно выросла за этот год, сильно изменилась. К лучшему ли?
Сола с силой толкнула дверь, чья-то рука вытянулась над ее плечом и уперлась в тяжелое полотно, не давая двери закрыться. Через мгновение обладатель руки с силой нажал, заскрипели петли, словно это врата старинного замка. Она вышла на крыльцо, повернулась чтобы поблагодарить незнакомца, и осеклась.
- Привет, - сказал Эдуардо.
- Привет, - сухо ответила Сола, развернулась и пошла к своей машине.
- Хорошая тачка, - Эдуардо последовал за ней. - У тебя мотор работает по количеству воздуха, или по давлению?
Сола замерла, распахнув водительскую дверцу. Посмотрела на сокурсника, слегка оторопев от удивления.
- А ты, типа, шаришь?
- Типа шарю, - ответил Эдуардо. - Может, покатаемся сегодня вечером?
- С кем? - спросила Сола небрежно. - С тобой, что ли?
- Почему нет? - спросил Эдуардо. - У меня БМВ. В М-пакете. Достойно едет, сама убедишься.
Он показал на противоположную сторону улицы. Свеженькая М5 черного цвета была припаркована параллельно движению, прямо напротив Кресты.
Сола оценивающе оглядела парня с головы до ног, потом посмотрела на его машину, потом снова на молодого человека.
- Да, твоя БМВ конечно хороша, брат, - пропела она тонким голоском. - Но Джейзет сегодня съел таких два на завтрак...
Она ладошкой поджала к попе мини-юбку из шотландки, аккуратно опустилась в сиденье-ковш. Бросила сумочку и папку с учебными материалами на пассажирское место.
- Сола, ну в чем дело? - спросил Эдуардо.
- Отдыхай, малыш, - девушка послала ему воздушный поцелуй и захлопнула дверцу.
Вот ведь пристал. В машинах он шарит, ну надо же.
Креста рыкнула мотором. Тонированные стопы сначала полыхнули красным, потом зажглись огни заднего хода. Она аккуратно выехала на Фонтанную и вклинилась в общий поток - днем движение здесь оставляло желать лучшего. Очень выручали уверенность и наглость.
А внизу - на перекрестке с Алеутской, чуть не доехав до пешеходного перехода - замер полицейский автомобиль. Доблестный рыцарь пыльных обочин весьма однозначно показал ей полосатую палку, и куда надо подъехать. Она включила поворотник, прижалась к бордюру и остановилась.
Капитану на вид было лет сорок, может быть даже сорок пять. Он подошел, постучался в тонированное стекло. Загудел моторчик, темное полотно поехало вниз.
- Документы ваши предъявите. Вы знаете, что езда с такой тонировкой запрещена?
Сола протянула права и страховку, затянулась сладкой, тонкой, ментоловой сигаретой, выпустила струйку дыма в лицо стражу дорожного порядка.