— Ну что, девушка со сладким именем, — заговорил он, усаживаясь напротив меня. — Что мы будем пить в честь знакомства? Я о тебе наслышан.
Готовая убить Кэтлин, наградила незнакомца строгим взглядом. Какого черта, он тут делает? Я думала, мы будем с ней только вдвоём. Не считая целой толпы выпивох в баре.
Ну ладно, мне лучше успокоиться. Он же, не укусит меня.
— А вот я, ничего не знаю о вас. Кэтлин ничего не говорила.
Парень усмехнулся, откидываясь на спинку напротив стоящего диванчика, и лениво потягивая, закурил сигарету.
— Разве я говорил, что наслышан о тебе от этой девчонки? Нет. Не припомню такого.
Тогда, от кого, черт возьми? Естественно, он прикрывает зад подружки своего друга. Это так, мило, с одной стороны.
— Хей! — В кабинку ввалился ещё один парень, с длинными вьющимися тёмными волосами до плеч, и, что удивительно, тоже в чёрной майке и тёмных штанах. Но без татуировок. И выглядел он более приземлённым. То есть, он казался более простодушным, чем объект номер один.
Сев рядом с блондином, скорее всего, крашеным, второй парень улыбнулся мне и протянул руку для пожатия.
— Ты ведь, Кэнди, да? Наслышан о тебе. — А своё имя он не додумался назвать. Впрочем, мне не было это важно.
Нехотя, я пожала протянутую ладонь, после чего довольно быстро разорвала контак наших пальцев, за которым, с усмешкой следил светловолосый парень, и вернулась к изучению их лиц. Первый оказался симпатичным при рассмотрении несмотря на то, что мне не нравились блондины. Темно-серые глаза, обрамлённые тёмными ресницами, смотрели с высокомерием. Он знал себе цену. Второй тоже был неплох. Немного ниже ростом, за счёт чего, кажется, плотней. Но это зрительный обман. Первый высокий и худощавый, но смотрится гармонично.
— Мы пришли сюда пить или петь? — усмехаясь, в кабинку ввалился ещё один человек, чем отвлёк парней и меня от изучения друг друга.
Боже! Да сколько же их ещё будет?
За ним следом шла Кэтлин, с двумя бокалами мартини.
— Вы - петь, — отсалютовала она, — мы - пить. Кэнди, знакомься, это тот самый Рик. — Она показала на парня, который только что зашёл. — А с остальными, думаю, ты уже знакома.
— Я думала... ты здесь... для того, чтобы поддерживать своего парня, — с трудом говоря, и делая значительные паузы, напомнила подруге, спустя два часа распития спиртных напитков. Язык мой заплетался. А голова шла кругом. Но мне было весело.
Кэтлин усмехнулась в ответ:
— И это тоже.
Оглядев кабинку, заметила, что тут находятся несколько вещей, принадлежащих парням. Пачка сигарет и зажигалка с резным черепом, принадлежит Бренту Роллингу. Это я уже знаю. А телефон за баснословные деньги, купленный совсем недавно, принадлежит их барабанщику, имени которого я не запомнила. Но все называют его «Ар-Джей».
Выглянув за ширму, убедилась, что бар до сих пор полон народу. Видимо, пятница – день спиртных напитков для большинства жителей Нью-Йорка.
Столики были забиты. А возле стойки бара околачивалась толпа ожидающих.
— Как тебе ребята? — пьяным голоском спросила Кэтлин, опираясь на одну руку. Она едва не засыпала. Веки её то опускались, закрываясь, то подрагивали, и снова открывались наполовину.
— Круто! — невнятно отозвалась я. — Как, хоть, группа называется?
Я ожидала, что она накинется на меня за мою забывчивость. А вместо этого, девушка пожала плечом.
— Они ещё не определились. Есть варианты: «Горячий кайф» или «Горячие перцы».
От обоих вариантов, я прыснула со смеху. Заметив это, Кэтлин тоже засмеялась.
— Примерно также, я отреагировала в первый раз, когда Рик рассказал мне об их идеях.
— Но это же ужасно! — протянула я, почти ложась на стол.
Подруга снова пожала плечами.
— Им самим решать. Главное, им нравится. Друзьям тоже. Я ничего не могу поделать.
После выступления группы, парни вызвались подвезти меня. Брент, оказалось, не пил совсем, кроме безалкогольного пива, и был в этот вечер трезвым водителем, который развозил всех по домам. Я была слишком пьяна и не доверяла ему. Потому, всем пришлось поехать вместе в Нью-Джерси.
Меня высадили возле дома Джонсов, и попрощавшись, ребята уехали.
В голове стоял гул. Все крутилось и вертелось. Но я умудрилась дойти до ворот, и достав ключи, сперва открыть их, потом, дойти до входа и снова отпереть входную дверь дома. От выпитого и хорошего расположения духа, которое, уверена, выветрится к утру, я не позволяла себе думать о Тайлере. И все же, мысли, нет-нет, да и проскальзывали в голову.
Моя избирательная память отпустила все плохое, оставив лишь хорошие воспоминания о нас. Даже его похождения с другими девчонками, канули в лето. Я лишь мечтала о том, чтобы сейчас он оказался дома, и смогла бы обнять его вдоволь.
С этими мыслями, на шатких ногах я вошла в тёмный холл.
Оказавшись внутри, сразу ощутила его аромат, будто бы он никуда не уезжал. Прошёл только день, а я уже скучала по нему.