Больше не испытывая желания есть, я отложила вилку и встала.
— Больше никогда не называй меня так, — сказала ему, наверно слишком грубо. Но в тот момент, я не контролировала своих эмоций.
Стивен не сразу понял того, что со мной произошло. Он уставился на меня, ожидая объяснений.
— Прости, я что-то сказал не так?
— Никогда не называй меня сладкой. Мне ненавистно это слово, — предупредив мужа, собиралась уйти. Но он остановил меня.
— Кэнди, я же не специально. И вообще, пора забыть о нем. Прошло три года. Он уж точно, забыл о тебе.
Я не смотрела на Стивена, боясь того, как сильно ранили меня его слова, и того, что он поймёт моё состояние.
Мне бы не хотелось снова говорить с ним о моих прошлых проблемах, решать их вновь и вновь, пока я не забуду.
Да, мы пришли к соглашению, что в нашей жизни не будет боли и страданий, а также измен и обманов. Но я не забыла всего...
Мне было так плохо, когда я лишилась всего. Из прошлого, у меня осталась только моя мать, которая не меняется, и, наверно не изменится никогда.
— Сядь и доешь, ты так ослабнешь. А с твоей работой тебе нужны силы.
Я не спешила уйти, потому что моим долгом было прийти к соглашению с моим мужем.
— Я не хочу есть, кусок в горло не полезет, — сказала честно, возвращаясь к столу.
Думаете, за три года, мои чувства изменились? Как бы не так.
Я не влюбилась в Стивена, не воспылала к нему страстью, уважала, да, но не было тех искр, того пламени, что разжигал во мне Тайлер. Он знал меня. Даже слишком.
Я не все рассказала Стивену, о своём бывшем возлюбленном. Только самую малость, без деталей и подробностей. Сказала, «да», когда он спросил: «Связано ли твоё состояние с мужчиной?»
Потом, Стивен снова спросил: «Он бросил тебя?» Мне пришлось ответить неоднозначным ответом, сказав, что я сама была виновата во всем.
Я не стала объяснять ему, что жалею тому что поверила Тайлеру.
С тех пор, как мы со Стивеном поженились, я каждый день старалась забыть о моем кудрявом парне из прошлого. Я старалась ненавидеть его: он предал нашу любовь; не искал меня, когда я исчезла из его жизни; нашёл себе другую; завёл ребёнка.
Я потрясла головой, стараясь прогнать ненужные воспоминания, причинявшие мне боль.
Стивен потянулся ко мне через стол и накрыв мою руку, сжал её.
— Айрис, прости. Я не знаю всего что у тебя было. Никогда не требовал ответов, верил, что однажды у тебя появится на все иммунитет. Но ты, до сих пор, так остро реагируешь, что я...
Поверь, я не хотел этого.
Я стала испытывать чувство вины, потому что, Стивен был прав.
Он ни в чем не виноват. Не знает через что я прошла, но помог в трудный момент, не ведает о моих прошлых чувствах, но дал шанс на новые. Он не знает, какие слова действую на меня, как красная тряпка на быка. Я сама виновата во всем. Позволила обмануть себя, была наивной, глупой и влюблённой.
— Ты не виноват, это я. — Сказала я. — Прости, ты меня, что так остро отреагировала.
Я подняла на него свои глаза и увидела, как он внимательно вглядывался в моё лицо.
— Он давно в прошлом. Забудь его, — попросил меня, будто я сама этого не хотела.
Я не знала что ответить. Да и следует ли.
— Знаешь, давай закроем эту тему, – оборвал он наш разговор. — Лучше ешь.
Я послушалась, взяла свою вилку и принялась за еду, больше не заговаривая с ним, заставляла себя есть.
Может быть Стивен тот человек, который помог мне в трудную минуту, тот кто поддерживает во всем, но он не стал мне родным. Близкий, которого я могу попросить о помощи, но я не могу раскрыть ему свою душу, открыться полностью. Что-то не даёт мне сделать это.
Он не дорог мне так сильно, как был дорог и нужен Тайлер Джонс.
Когда мне надоело притворяться, надоев я встала из-за стола.
Мне захотелось покинуть его общество, остаться одной, возможно предаться мыслям и воспоминаниям, только бы вновь почувствовать себя живой. Наполненной энергией солнца.
— Ты куда? — снова Стивен не хотел, чтоб я уходила не доев, когда понял, что я собираюсь уйти к себе.
— Пойду к себе в комнату, — отозвалась я.
Взяв свою тарелку, выкинула недоеденный ужин в мусорное ведро, после чего поставила её в раковину.
— Как закончишь ужинать, позовёшь, я все помою.
— Не стоит, Айрис. Я сам справлюсь. Не трудно включить посудомоечную машинку. — Возразил он.