— Й-яй, Якушев снова слетел с катушек! — завизжал кто-то рядом, и он был не единственным.
— Быстро врассыпную!
— Что за *цензура* его спровоцировал?
– *Цензура*, пообедал.
– *Цензура!*
Какие невоспитанные учащиеся, сплошной мат.
Я спокойно взял скамейку и с размаху успокоил «графа».
Однако в следующий момент меня атаковал придурок с вывихнутыми пальцами. Он использовал волшебство земли, в меня направилось несколько каменных столбов.
Я использовал импульс от этой атаки, подлетел, после чего пульнул в него ускоренную скамейку. Та попала в выставленную вперёд руку.
— А-а-а-а! — раздался крик боли. Вывихом он явно не отделается. Не убить бы зазря.
Я ожидал от них большего. От расстройства мог и не сдержаться ведь.
Ну, в любом случае, толпа наверняка позвала преподавателей, надо докушать и ждать наказания. На всякий случай я осмотрел ауру обоих, та была не в лучшем состоянии, но стабильна.
Я успел насытиться супом и почти полностью отведать некие голубцы, как в столовую вбежало человек пять взрослых:
— А ну быстро прекратить… дуэль? — прогремел какой-то седовласый мужчина в белой мантии. Он осмотрел вокруг, махнул рукой в сторону поверженных противников. К ним тут же поплыли существа из дыма.
О? Местная магия позволяет создавать элементалей? Подобного я в местных сказках, мифах и дневниках не встречал, а вот в моём мире подобное было относительно развито. Вот только энергии жрёт минимум миллион, то есть от четвёртого уровня волшебства в моём прошлом мире.
— Что здесь произошло? — ко мне подошёл этот седовласый и сел за стол.
— Посмотрите записи, наверняка в зале есть камеры, я ем, — произнёс я в перерыве между кусками голубцов. Потом подумал и посмотрел ему в глаза. — Или у Вас есть проблемы с этим?
Поганец сыграл со мной в гляделки, но спустя секунд тридцать отвёл глаза сразу, стоило к нему подбежать ещё одному человеку в белой мантии:
— Декан, пострадавшие: молодой граф Якушев и его слуга. Государь, им требуется помощь среднего уровня, у обоих переломы.
— И всё? Следы добивающего удара, воздействия магии или пыток? — поднял на подчинённого взгляд седой мужчина.
Хм, да сколько тут деканов? Что это слово вообще означает?
— Не заметил, государь! — отчеканил подбежавший.
— Ладно, выходит, у меня нет «проблем», молодой человек. Если Вы не в курсе, я декан факультета Бытового Создания Артефактов Егор Егорович Питеров, а кто Вы собственно такой? — повернувшись ко мне, вернулся к гляделкам седовласый.
— Орехов, — прожевав, ответил я, продолжая смотреть в глаза собеседника.
— И кто же ты такой, «Орехов»? — уточнил декан.
— … Орехов, мужчина, 19 лет, женат, что-то ещё? — произнёс я.
— Ты издеваешься, мальчик?
— Нет, дедушка, я предельно серьёзен. У Вас проблемы с формулировкой вопросов. Так же я набор мяса и костей, гражданин Российской Империи и глубоко в душе Олежа.
— «Олежа»? Что… кто это… мальчик, не заговаривай мне зубы, я спрашиваю: ты учащийся нашего ВУЗа или нет? — повернул голову набок, махнув бородой, старик.
— Вопрос не ко мне, я был на собеседовании сегодня, но результат мне пока неизвестен. Меня отправили на обед на время вынесения решения, — заявил я.
— На какой факультет было собеседование?
— Без понятия.
— Кто был в комиссии? — уточнил седовласый и опять проиграл в гляделки, отвернувшись.
— Я не обратил внимания на имена, — проворчал я, выбирая кусок мяса из подливы, которой залили странную крупу коричневого и серого цветов.
— Мальчик, опиши хоть, как они выглядели, — проворчал дед, сложив руки перед своим лицом. Даже без чтения по ауре, было понятно его нарастающее раздражение.
— Маг света, маг ядов и теней, а председатель — волшебник воздуха и огня, — произнёс я и осторожно попробовал крупу. Кажется, что-то такое я видел на складах с надписью «Греча», но не отважился готовить. Уж больно она пахла странно, словно уже обжаренная.
— Ты описал декана Александрова. Боевой и теоретическое волшебство! Снова БиТ-ки притащили в университет какое-то чудо. Так ты простолюдин? — снова привязался этот человек, когда я пытался понять, а нравится ли мне эта «греча» или нет?
— Без понятия критерия отношения к данному слову, — проворчал я.
— Да чего здесь непонятного, мальчик? Аристократ ты или из простого народа? — продолжал утомлять меня седой.
— Воспитывался в деревне, дети аристократа угнетали меня, но сейчас их нет в живых, я лично их убил, — произнёс я и с вызовом посмотрел в глаза дедули.