— О таком нужно молчать. Не порти вечер. А то я разболтаю, чем ты тут занималась, все узнают, что ты не умеешь рисовать, — очень тихо прошипела на ухо Лей Каа своей жертве.
Та немного сникла, а вот в ауре показались страх, обида и некоторое уныние:
— Поняла. Да, я видела тебя Гни… Орехов, во снах. Голым… Только прошу, не упоминай этого нигде, иначе мой След омрачится, — выдохнула сероволосая.
— Не унывай, Танька, сегодня мы победим Гнилого и твой след засияет добродетелью! — Уверенно заявила Ту Ла, повернулась к остальным подружкам и расцвела ехидной ухмылкой. После чего подмигнула.
Русоволосая тоже.
Глаша всё это проигнорировала. Её аура, как и всегда, была полна скуки и ненависти ко мне, хотя она продолжала играть свою странную роль тихой и застенчивой девочки.
Глава 26
Что очень важно в шулерстве?
Понимание своей цели.
Постоянные победы не нужны, да что там, они вредны. Жертва становится осторожной и может не сделать достойной ставки.
Поэтому требуется жонглировать победами и поражениями для ловли крупной рыбы в омуте чужого разума.
Чего греха таить, чтение эмоций по ауре когда-то мне потребовалось именно для мести одному мошеннику, «научившему» меня жизни при игре в маджонг. Ох, сколько я проиграл, хорошо ещё в долги не залез.
Тогда я пошёл дальше и научился ещё одному фокусу: переносу чувств в своё волшебство. Нити для этого не подходили, слишком тонки для информационной составляющей, а вот лентами я способен нюхать, слышать, видеть, ощущать… хотя да, МОГ такое делать в прошлом мире.
Сейчас всё это сильно упало в уровне чувствительности. Но для полного контроля ситуации в рамках молодёжной игры этого было достаточно.
Хотя по факту я оказался внутри странной игры.
Гномихи каким-то образом шифровали друг другу свои карты, а так же временами открыто подтасовывали расклад, когда была их очередь мешать колоду. Возможно, карты так же выдавали своей «рубашкой» номинал, но пока я этого не обнаружил напраслину на девушек наводить не стану.
Глаша явно не входила в число целей развлечения двух ехидн, просто развлекалась игрой.
Таниэль пыжилась, мудрила и часто шла на блеф и сопутствующий риск при слабых картах.
Однако сейчас это приносило ей победы.
Лей Каа и Ту Ла вели партии так, чтобы фишки уходили именно у них.
— Как я и говорила, когда закончится, ставками станет одежда. Так что я разуваюсь, — произнесла русоволосая гномочка и скинула тапки, в которых она ходила внутри общежития.
— Танька, тебе сегодня так везёт! Просто сказка. Да и Орехов… слушай, а почему у тебя до сих пор стартовое количество фишек? — Удивилась ей Каа.
Тц, заметили.
— Это странно? — Несколько «удивлённо» спросил я.
— Не знаю, мне казалось, у тебя были просто шикарные карты несколько раз, а выигрыша-то почти нет, — пробормотала Лей Каа.
— А выигранная одежда становится моей? — Неожиданно спросила Таниэль.
— Чё? Нет! — Возмутилась Ту Ла. — Это игра без перехода права собственности. Мы просто веселимся для разогрева крови. И вообще, мы учим играть тебя и Орехова!
— Понятно, не стоит столь бурно реагировать. Я просто беспокоилась, что мне некуда деть вашу одежду, — произнесла высшая эльфийка, в чьей ауре впервые я мог заметить столько ярких эмоций.
В книгах я не видел упоминаний про игроманию у какой-либо из рас, однако в памяти Олега был подслушанный в детстве разговор, что «отец» выиграл у сбрендившего вышака настоящее сокровище.
Большего в памяти моей личности не оказалось. Учитывая, что Пётр Орехов сам был игроманом, к тому же потомственным, вряд ли какая-то ценность осталась бы у него надолго.
Ну, в любом случае.
— Ставлю всё! Кто против меня? Кто? Ну? — Глаза Таниэль сверкали отблесками безумия, а аура так и твердила: врёт!
— Танька совсем с катушек слетела, — тихо произнесла Лей Каа, ни к кому не обращаясь, — как в прошлый раз.
— Я отвечу, — произнёс я, — ставлю все фишки. После того, как у меня их не останется, каждая снятая вещь будет цениться за пять, но одеваться нельзя?
— Да, правила с начала игры не менялись, — кивнула Ту Ла. — Однако надо внести ещё ясность, нельзя ставить больше трёх вещей против «монеток», то есть пятнадцати фишек. Иначе говоря, «ва-банк без шмоток» требует ответа тремя вещами даже при сумме больше пятнадцати фишек. Дальше можно поднимать вещь против вещи, например, поставив все шмотки против всех шмоток.
— Раньше этих уточнений не было, — произнёс я.
— Так будет интереснее! — Усмехнулась блондинка.