К концу третьей недели моего пребывания в Кроне, появился первый беглец, спасшийся из плена. На самом деле, это Грохард, по моему приказу, позволил уйти пленнику, которому совершенно «случайно» надели незачарованный ошейник. В плену ошарашенный эльф провел всего несколько часов. Еще большую путаницу внес рассказ о том, как его просто отпустили, дав пинка и наказав радоваться, что за него заплатили выкуп. Помимо этого, разведчикам удалось выяснить, что в течение прошедших трех недель орки перестали вступать в прямые боестолкновения и перешли к засадной тактике, иногда, заведомо избегая стычек.
Мне впервые довелось увидеть наместника короля, который решил собрать всех мало-мальски полезных подданных. Видел я его лишь одним глазком и то издалека. Главное, до эльфов стали доходить планы орков. Больше всего я боялся, что наместник примет решение собрать все силы и двинуться на Теплую Гать, спасать пленников. Выразив свое недовольство всем собравшимся, правитель распустил нас работать над планами по спасению.
На нашем Соборе Друидов кто-то наконец-то вспомнил о моих пророчествах. Снова начали подгонять их под сложившуюся ситуацию и строить бредовые предположения. Я откровенно скучал, выжидая, когда они наговорятся. Моя весть о том, что я собираюсь выступить в рейд и захватить орков в плен, прогремела как гром среди ясного неба.
— Уже через неделю я вернусь с добычей! — пообещал я. — Выступаю сегодня вечером.
Эффект был равносилен шлепнувшейся на голову драконьей «лепешки». Ничего больше не говоря, я покинул беседку для совещаний.
Первым делом я известил своих последователей и предложил добровольцам собираться в поход, чтобы уже к вечеру быть готовыми. А потом я до вечера пробыл в своем жилище в компании Элии и никуда ее не отпускал.
* * * *Половину добровольцев я разогнал, так как все мои последователи были очень молоды. Эльфы-мальчики взрослеют позже других рас, так что всех кому было меньше двадцати пяти лет я оставил дома, отправив к родителям. Пусть со мной им ничего не угрожало, но нянчиться с этими юными разведчиками я не собирался. Мне особенно нравилось то, что сборы у местных вояк занимали очень мало времени. В подготовке дальних походов большая его часть уходит на подготовку продуктов питания, амуницию и транспорт. Здесь же все было гораздо проще, так как лес кишел всяческой едой, а каждый взрослый всегда имел при себе оружие и в готовности содержал дополнительное вооружение дома. Серебро для наконечников стрел местные эльфы добывали вручную, ковыряя серебряные рудники. Это меня удивило, хотя и было вполне очевидно, так как благородные металлы, а еще лучше кристаллы, хорошо подходят для наложения чар. Мечами же у эльфов был завален весь алтарь — подходи и бери.
Зенки «Глазастика» еще работали, так как продолжали использоваться в режиме сохранения энергии, и я легко определил ближайшую малочисленную группу орков. Грохард перестал уже ходить в рейды самолично и только руководил на месте. Вскоре, он только торговал информацией о скоплении сил эльфов, приторговывая гранатами и ошейниками. Имея артефакт моего тёзки в рукаве, он мог даже сам делать новые гранаты или практически любые другие артефакты. Все определялось лишь заранее определенным набором функций, который я позволил использовать. Всех командиров полностью устраивало занимаемое Грохардом положение, так как только у него была настоящая подробная карта местности и кому-то же надо было контролировать ситуацию, чтобы избежать случайного пересечения двух групп. Ему уже доверяли. Иногда вспоминали про Малыша и спрашивали когда я вернусь, а я не знал радоваться мне или обижаться.
Специально для меня Грохард отправил малочисленную группу поближе к границам Высокой Кроны. Всего один шаман и два стрелка. Отправляться в поход такими силами было опасно и Грохард честно их об этом предупредил. Самым трудным оказалось придумать бескровный способ захвата орков, так как клыкастики физически сильнее ушастиков, которые всегда надеются на внезапность и стремительность атаки. Главное, было показать, что хитростью можно не только женщин брать, но и орков отлавливать.