Он чуть прикрывает глаза и произносит:
– Да! Я родился и вырос в храме. Я дрался за него до изнеможения, проливал кровь и отдал свою жизнь. Естественно, я продолжу свое существование и служение к вящей славе Элос. – Он склонил голову и добавил: – Приказывайте, владыка.
– Я рад. Дайте ему одежду и верните его вещи.
Надеюсь, он не ударит меня в спину… Сомнения. Уместны ли они сейчас, когда дело уже сделано? Делай, что должно, и будь что будет!
Пока Шеяшхи одевается, я смотрю на тело второго погибшего. Создавать еще одного лича? А стоит ли? Я попытался припомнить записи Риштэ. Судя по всему, она так и не приступила (да и не могла, если так подумать) к опытам на телах атаров. Пожалуй, лишь наши тела выдержат создание-совмещение двух источников. Если даже удалось поднять лича спустя десять часов после смерти, фактически выдрав душу из Нижней вселенной обратно. И в разорванное тело.
Появившаяся жрица из Серх принесла большой кусок сырого мяса и, чуть склонив голову, протянула Шеяшхи. Он повернул голову и уставился пустым взглядом на него, не беря в руки. Замявшись, жрица произнесла:
– Возьмите.
– Зачем? – его голос ничего не выражал.
– Но… Вы что, не знаете? – она даже недоуменно заморгала.
– Смотря что. Мои знания отвечают всем критериям боевого мага, опирающегося в бою в основном на Тьму. В смерти я обладаю знаниями лишь боевых, защитных заклинаний и ритуалов. Также создание существ на среднем уровне. Про личей я знаю лишь то, как с ними бороться, слабые места, стратегия и тактика долговременного противостояния.
– Ам-м? – очевидно, в ее мозгу не укладывалась информация о том, что можно стать личем, проводником силы смерти и воли Ахеш, не обладая огромным массивом знаний некроманта, основное призвание которого – это конструирование и создание разнообразных существ и тварей. После напряженной работы мысли она решила объяснить: – Вытягивая соки из живой плоти, личи не только таким образом восстанавливают свои тела, но и способны запасать в своем теле до половины своего резерва. Поэтому убивать готового к бою лича очень опасно: неиспользованная мана смерти после уничтожения носителя обретает свободу и, вырвавшись, уничтожает все вокруг. Попробуйте. Это умение должно быть настолько же естественно для вас, как дыхание для живых.
Словно поколебавшись, Шеяшхи протянул левую руку и схватил жалобно чавкнувший кусок своей пятерней. Лич поднес его к лицу и презрительно окинул его взором неживых глаз. Мясо начало быстро темнеть и усыхать до тех пор, пока от него не осталась лишь пара капель гноя и слизи, упавших на землю. По руке побежала волна восстановления, но, дойдя лишь до плечевого сустава, иссякла. Шеяшхи удивленно смотрел на свою почти обычную левую руку и изуродованную, покрытую ожогами, порезами, правую.
Я произнес:
– Пожалуй, не стоит переводить провиант.
Лич тяжело на меня посмотрел, но натолкнулся на мой почти веселый взгляд.
– Выбери себе одного из наших пленников, только побесполезней, прошу тебя. А если будет мало, то, когда прибудут подкрепления, отправишься с Атхиртом уничтожать оставшиеся лагеря.
Ой, боюсь, такими темпами от пленников ничего не останется. И ведь специально не брал с собой ариров и много вампиров. Уж кто-кто, а они любят пленных резать.
Один из Старших жрецов принес одежду и аккуратно сложил за внешней границей звезды. Шеяшхи вышел, но не стал одеваться, а взяв ее восстановленной рукой, мягко пошагал к пленным.
Я же, вздохнув, поднял в «тер» тело второго погибшего и стянул с него шелк. Похоже, это тело пострадало сильнее. Вдобавок с ним не так церемонились: живота и большей части грудины не было, и туловище лишь благодаря магии держалось в куче. Уже собираясь начать, я заглянул в дар и понял, что разогнался – маны смерти там не было. Что-то, конечно, восстановилось, но это были лишь жалкие пара эргов. Капля, по сравнению с тем, что мне было нужно.
Бросив взгляд по сторонам, я обратился к Эйрин, напряженно смотрящую на лежащее тело:
– Ты запомнила то, что я делал?
– Неполностью, – произнесла она неуверенно.
– Ты – алая княгиня. Твои магические показатели должны быть на уровне хорошего архилича. То, на что я выплеснул две тысячи эргов смерти, для тебя не должно быть сложнее плевка. Так что приступай, а я буду объяснять.
Я оглянулся. Арихитос рядом с нами не было: ее фигурка мелькала возле рядов пленников. Похоже, она все-таки кого-то притащила с собой, и они были намного менее ценны, чем оставшиеся в живых. Хм, у Шеяшхи будет большой выбор. Ирмиель разговаривала с какой-то эльдаркой из своих, время от времени бросая на нас короткие настороженные взгляды. Вокруг нас держали широкое кольцо оцепления десяток храмовников и вампиры.