А вот магам, похоже, было не очень: взрыв породил на поверхности купола настоящую волну возмущения, медленно пробежавшуюся по его поверхности. Я думаю, защита удержалась лишь чудом или благодаря чьей-то личной силе…
Ну, что ж – мой дар немного восстановился, а значит, пора приступать к следующей фазе.
Создание «Огненного циклона» было кропотливым и довольно медленным даже в идеальных условиях, а уж при почти полностью пустом даре…
Честно говоря, если бы не окружающий меня огромный пожар, я бы не смог даже начать создавать это заклинание, но в полыхающем пламени феникс восстанавливал дар невероятными темпами.
Но вот «Циклон» завершен, и я отпускаю сеть на раскаленную до желтого цвета лаву, в которую превратилась земля подо мной. В тот момент, когда выросшие огненные столбы уже собирались обрушиться, враги, наконец-то, смогли локализовать мое местоположение, и уже в мою защиту ударила первая фиолетовая молния. Было очень неприятно, но терпимо… Так подумал я в первую секунду, а в следующую – в меня уже попало сразу три молнии, выбросив меня из центра заклинания и впечатав спиной в вязкую лаву. Благодаря защите элементаля я не сгорел, но все это были лишь цветочки по сравнению с вывернувшейся почти наизнанку структурой заклинания. Глядя на падающий по дуге прямо в центр моего заклинания бело-синий шар чужого заклинания и натянувшиеся до предела оранжевые нити «Циклона», я понял, что сейчас произойдет нечто очень и очень плохое.
«„Ледяное пламя“. Это конец», – выдохнул элементаль. Он выплеснул в мой организм чудовищный коктейль из адреналина и ускорил сердцебиение до предела, растянув восприятие времени. И быстро зашептал: «Послушай, если я не сделаю кое-что, то мы умрем. Не вздумай сопротивляться! Времени на вторую попытку не будет! Мы, фениксы, обладаем одним умением. Оно называется „Мерцание“ – мгновенная телепортация на короткое расстояние. Проблема лишь одна – ты не феникс, твое тело чересчур материально. Будь мы не так истощены магически, то это не было бы проблемой, но…» Глядя моими глазами на то, как сфера ледяного пламени коснулась лавы и лопнула, медленно разливая вокруг смертоносную протосилу, он заговорил быстрее: «Я завершу слияние, на время, сделав твое тело практически неуязвимым к родственным огню протосилам». Глядя на тяжелые синие лепестки, тянущиеся ко мне и мгновенно замораживающие лаву на своем пути, я попытался поторопить его, но он завершил сам: «Для меня это будет конец, для тебя же – начало…»
Внутри моего дара источник огня беззвучно взорвался, заполнив все мое нутро без остатка. В следующую секунду родилась невероятная боль, которую заглушил лишь всепроникающий холод достигшего меня ледяного пламени.
Феникс зашептал: «Переход в форму феникса теперь это твоя способность. Постарайся долго не быть в ней или станешь фениксом навсегда. Особенным, но всего лишь фениксом. Мерцание позволит тебе уничтожить их. Я не хотел делать этого окончательного слияния, но боги и Судьба играют нами. Элос не говорила, что все так закончится. Но она много чего не говорит… Мы, фениксы, бессмертны. Возможно, моя искра возродится в моем родном плане Фер-кхе, а может и нет… Может, это и есть способ окончательно убить нас? Отныне ты будешь со мной един не только телом, но и душой. Отныне все мои умения станут твоими. Отныне не у кого будет спросить совет. Отныне ты будешь один. Прощай, Ашерас…» Его голос постепенно затихал, пока на последней фразе не исчез. Прощай, мой единственный друг.
«Ледяное пламя» схлынуло и истаяло, словно жидкий азот, проморозив все вокруг на десятки метров.
Лежа на полопавшемся черном базальте, я ощутил себя очень одиноко.
Совершенно неожиданно время вернуло свой ход обратно, и практически не затронутый протосилой «Циклон» сработал. Темное пламя ринулось со всех сторон, засасываясь мне в грудь как в черную дыру. Искаженная оранжевая сеть выдрала огромный раскаленный кусок дорожного покрытия и бросила на меня сверху, словно мухобойку. Я поднимаю правую руку, пытаясь заслониться, и само пламя разрывает рваный лист на раскаленные куски лавы, бессильно шмякнувшиеся по сторонам. Мой дар полностью восстановился, заполнившись одной лишь маной огня. Силы вернулись лавинообразно. Я мягко перекатился и, оперевшись правой рукой о вязкую лаву, поднялся.