Аватар произнесла, не поворачиваясь:
– Идем, «Крылья мрака» одно из немногих заклинаний, которое никогда не будет записано на какой-то носитель, кроме нашей памяти. Ты не сможешь его найти в какой-либо библиотеке. Мы с тобой будем в центре: я дам ману и задам направление удара, а ты – создашь тройной «огнешар», накачанный Багровым Пламенем, и поместишь его туда, куда я скажу.
Мы вместе подошли к неожиданно небольшой четырехлучевой звезде. Ее диаметр был всего лишь десяток метров, и на фоне здоровенной геометрической фигуры «Поднятия павших» она смотрелась совсем невзрачно. На остриях «Крыльев мрака» стояли обращенные в атар светляки. Из их рук черным дымом истекала Тьма, стягиваясь в центральный плотный шар. Ашрилла почти хаотично металась вокруг него, создавая и втыкая в его поверхность «ат». Из-за ее действий центральный шар быстро обзаводился, будто антрацитовыми, шипами. Аватар подошла к самому краю звезды и замерла без движения, ожидая завершения формирования сложной структуры. К нам подошла одна из Высших жриц со знаком Сатх в виде костяного когтя, с которого срывается зеленая капля яда, и, уважительно кивнув, заговорила, указывая нам за спины:
– Прерывающее воздействие находится в восьми-девяти километрах в той стороне. Они очень хорошо маскируются. Мы почувствовали там большое скопление демонов и других живых существ. Я могу уверенно сказать, что там очень мощная защита.
Я с интересом окинул ее взглядом: так близко Высших жриц Сатх, Хешри, я вижу впервые.
Сатх, единственный Великий Дом с невероятной предрасположенностью своих солдат к смерти. Для некромантов Сатх воля Криаты первичней воли Элос. Невероятно жестокие, расчетливые атретасы Сатх вселяют ужас своим врагам на поле боя. Если бы у Сатх было атаров чуть больше, они бы не считались ни с чем и ни с кем, кроме своей богини. Как уже и бывало ранее. На тело каждой из этих Хешри была нанесена сложнейшая татуировка, которая в момент смерти атретаса должна была удержать душу и разум в теле, переродив умирающее существо в лича. Ходили упорные слухи о том, что под командованием Сатх был целый татретт личей, возглавляемый одним из архиличей…
Высокая, выше меня почти на две головы, очень худощавая и поджарая Хешри внушала ощущение опасности и угрозы. Высокий воротник глухой кожаной шнурованной куртки практически не имел украшений, которые так сильно любили жрицы моего Дома. Перчатки из тонкой черной кожи наглухо закрывали кисти рук. Две пары метательных ножей в ножнах на груди, длинная рукоять меча хатх, выглядывающая над левым плечом, пара коротких чуть изогнутых мечей трукр и свернутая в кольцо кожаная плеть со стальными острейшими вставками на поясе – вот и все оружие, что было видно на ней. Из-за глухой одежды легендарную татуировку заметно не было, и мне неожиданно захотелось отогнуть воротник жрицы, дабы увидеть хотя бы ее часть. Маскоподобное лицо не отражало никаких эмоций. Вдобавок ко всему я вообще ничего не ощущал от нее – было такое впечатление, что передо мной пустое место. Черная маска с зелено-золотыми знаками Сатх, указывающими на социальное положение Хешри в Доме, задвинута на темя. Хвост белых волос перевит серебряной лентой с вышитыми на ней ярко-ядовито-зелеными символами. И глаза: абсолютно безжизненные на таком же мертвом лице. Неужели она лич?
Голос богини вернул меня в действительность:
– Идем…
Посмотрев на висящее заклинание, я увидел, что оно завершено, и Ашрилла торопливо выходит из звезды. Аватар перешагнул парящую Тьмой границу и уверенно прошагала к шипованной сфере заклинания. Накопитель, мерцающий ярко-синим светом, она держала в правой руке.
Подойдя к шару Тьмы, она всунула вовнутрь нее руку с накопителем практически по плечо и произнесла:
– Сам так никогда не делай. Я – богиня Тьмы, и то это довольно неприятно для меня. Тебе же повезет, если сила просто отхватит руку, а не активируется само заклинание. Создавай «огнешар»…
Я тут же начал формировать заклинание. Неожиданно для меня формирование оболочек произошло почти мгновенно, а заполнение протосилой отстало ненамного. Бросив взгляд на аватара, я заметил, что она смотрит не на заклинание, а на мою руку: кожа раскалилась докрасна.
– Значит, слияние завершилось…
Мне не осталось ничего иного как кивнуть.
– Будь осторожен…
– Постараюсь. Сколько маны вливать?
– Центральный «ат» заполни на тысячу эргов Багровым Пламенем. А остальные – просто огненной маной по максимуму – при взрыве огонь и Тьма сами смешаются.
Мана потекла рекой. Заклинание сначала засветилось белым светом, а потом стало стремительно желтеть. Когда «огнешар» стал темно-золотого цвета, богиня скомандовала: