Подойдя ближе, я вижу, что одной жертвы личу вполне хватило для полного восстановления тела.
Я уже хотел позвать его и открыл рот, но в это мгновение он закрыл глаза и, будто вздохнув, легко взмыл в воздух почти на метр. Зависнув там на пару секунд, он так же мягко опустился на землю. И что это было? Раскрыв глаза, он наклонился и стал одеваться. Подождав, пока он наденет штаны и затянет шнуровку, я обратился к нему:
— Шеяшхи! — он медленно повернулся ко мне — Нам удалось поднять и Руеша. Подбери ему жертву и присмотри за ним. После того как приведете себя в порядок переходите в прямое подчинение Эйрин.
В ответ он молча кивнул, прикрыв глаза, и сделал мне за спину знак «следуй за мной». Смерть обожает тишину не любит лишних разговоров.
Поднявшийся легкий ветер со стороны отошедших личей принес сильный приторно-сладкий запах разложения. Все как и было написано.
Отвернувшись, я увидел, что все светлые сбились в толпу за спиной Ирмиель, бледной как сама Ахеш, и в ужасе смотрели оттуда на меня и личей за моей спиной.
Чистоплюи. Именно поэтому мы и выбили их на острова, где они сидят и поныне. Правила, мораль, милосердие. Ха! На войне все эти понятия заменяет одно единственное — целесообразность.
Бросив взгляд на преданно взирающих на меня вампиров, я обращаюсь к Эйрин:
— Я обратно в палатку. Вызови Вайрс и принеси мне еды.
Неожиданно, левую руку прострелил очень сильный импульс боли. Слава Тьме, что у меня на лице все еще одета алая маска иначе — все вокруг увидели бы мое искаженное страданием лицо. Но боль схлынула так же, как и возникла. Подняв угольно-черную руку, я внимательно осмотрел ее магическим взглядом. Вроде бы все нормально. Ну, а чего я хотел? Это же Кровь, смесь Жизни и Смерти, а не Лед. Вдобавок, новое воздействие наложилось на старую рану, что «не есть хорошо». Ох, боюсь, эта рана будет заживать намного дольше пары лет. Что самое отвратное: бессмысленно отсекать руку и выращивать новую — все станет только хуже.
Для пробы пару раз сжав пальцы в кулак, я направился к палатке. Пока я шел, Эйрин успела обернуться и догнала меня. Приветственно кивнув паре Высших Жриц из личного отряда Иситес, сторожащих палатку, я откинул полог и вошел вовнутрь. Княгиня последовала следом. Пройдя к своему ложу, я с расслабленным стоном растянулся на нем. Сняв маску, мне пришлось наложить на себя заклинание «исцеление», потому что, невзирая на то, что «поглощение» восстановило мне руку, чувствовал я себя не очень хорошо.
Эйрин села рядом со мной на стульчик и протянула мне комплект темноэльдарского сухпая со стальной вытянутой флягой. Проверив это все на яды, я стал медленно поглощать провизию. Нет-нет, не то что бы я был конченым параноиком, проверяющим пищу, поданную преданнейшим из своих соратников, но моя учительница, Элтруун, в прямом смысле, вбила в меня необходимые понятия личной безопасности. Когда я думал о тех уроках, мне слышался ее недовольно-шипящий голос, выговаривающий мне очевидные, с ее точки зрения, истины: «Занимаясь сексом, всегда держи наготове мощное защитное заклинание, принимая пищу, всегда проверяй ее на наиболее мощные яды и, на всякий случай, держи при себе постоянно или артефакт или — лечебное заклинание наготове…»
С одной стороны — явная паранойя, с другой — это уроки жрицы, пережившей черт знает что черт знает сколько раз за полторы тысячи лет в своей, изобильно насыщенной войнами, схватками и покушениями, жизни.
Когда я уталил голод, полог палатки отодвинулся и вовнутрь заглянула охранница. Разочарованно окинув нас взглядом (похоже, она ожидала застать нас совсем за другим занятием), она произнесла:
— Вайрс Серх.
Дождавшись моего вялого кивка, она отодвинулась и придержала полог, пропуская Атар.
Вайрс настолько нервничала, что ее эмоции прорывались сквозь ее маскоподобное выражение лица. Коктейль из страха и неуверенности, щедро припорошенный любопытством. И где-то в глубине — злость. Хм.
— Вы меня вызывали?
Плавным движением кисти указываю на один из стоящих стульчиков. Подождав, пока она сядет, произношу:
— Ашрилла сообщила, что немедля передаст оговоренную плату. Теперь же, я ожидаю обещанного солдата. — она нахмуриласьnbsp;. Ухмыльнувшись, продолжаю: — Ничего-ничего Вайрс, солдатом больше — солдатом меньше… Вдобавок, мы же его не в жертву приносим? К тому же — я могу, в любой момент, поднять его в высшего вампира…или возвысить, вот только последнее лишь по возвращению в Альверист`ас.